Он у своих был в авторитете, и бабу его они не тронули, несмотря на то что Сергей держал общак. Они там у нее все прошмонали, и наши тоже, только ни хрена не нашли.
– Слушай, а как шмонают – кафель отрывают? – поинтересовалась я.
– Ну, простукивают… – хмыкнул Паша. – В это дело никто особо не лез: местные с нашими договорились – сами разберутся. Но там была хитрая такая мулька: этот Серега, по разговорам, через подставных нае…л… пардон, обманул одного серьезного человека, и нае… обманул по-крупному. Огромные деньги – какая-то афера с хлопком.
– И где деньги? – я вся подобралась.
Паша выразительно пожал плечами.
– Теневая экономика, – он расхохотался. – Концов не найдешь.
– Паш, не обижайся, но я не понимаю – милиции что, все это не интересно?
– Маш, ты пойми, один бандит обманул другого – че расследовать?
– А на какую сумму Ленин муж обманул того, другого, ты случайно не знаешь? – без всякой надежды спросила я.
– Лимонов пять.
– Долларов? – Я сползла под стул.
– Их, родимых, – усмехнулся Паша.
– Слушай, а почему Ленка еще жива? – поинтересовалась я. – Они же должны были…
– Ну, эта дамочка железная – как на нее только не наезжали… – Паша махнул рукой. – Со всех сторон. Наши у нее в подвале нашли склад оружия – это от мужа привет, – чуть не посадили. Свои ее пасли круглые сутки, а потом еще и похитили. Нас подельники ее мужа привлекли к переговорам – отпустили ее. Даже сестру его тряханули…
– Чью сестру?
– Воробьева.
– А кто у него сестра? – поинтересовалась я.
– Марина Воробьева, – с некоторым удивлением ответил Паша. – Она живет у Лены этой после смерти брата.
– Так Марина сестра Сергея? – воскликнула я. – Не Лены?
– Не Лены, – подтвердил Паша.
Через неделю я поехала к подруге в Черемушки и по дороге зашла в супермаркет. Ходила по магазину долго и глупо – никак не могла сообразить, что лучше: ром, фруктовый салат и стейк из говядины либо саке, суши и жареная форель. У нас был небольшой праздник – девичник, душа требовала материальной подпитки – хорошей еды, классной выпивки и журналов мод.
Уставившись на Брэда Питта, украшавшего обложку, я пыталась решить важную проблему – считаю ли я его до сих пор самым сексуальным мужчиной на свете или же его однообразная мужественность слегка поблекла, а роли мускулистых секс-символов утомили – в отличие, например, от Джонни Деппа, который просто расцвел, и роли у него разные… Меня слегка отрезвил портрет Джада Лоу на другом журнале. «Фу!» – подумала я.
