– А ты видела этого Леньчика… живым?
– Видела, – кивнула Марина. – Редкостный придурок. Прости господи, царствие ему небесное, – поспешно добавила она. – Не могу привыкнуть к мысли, что он умер.
– А как он здесь появился? – любопытствовала я.
– Да непонятно как… – Марина хлебнула виски. – Я так и не поняла, с кем он пришел. Была компания, а потом как-то образовался Леньчик. Ну, ты понимаешь, здесь всегда столько народу… Не пойми кто. Извини, конечно, это я не о тебе…
– Да ладно, – отмахнулась я. – Мы же знакомы пятнадцать минут, не считая ментовки.
А у вас, кстати, всегда такой бедлам?
– В общем, да, – подтвердила Марина. – С тех пор как Сережа умер. Мне иногда кажется, что Ленка не в себе – она как будто не может оставаться одна. Всегда толпа. И никто долго не задерживается – как в кабак приезжают, уезжают. Ни минуты покоя…
– А нельзя знакомым позвонить, узнать, откуда Леньчик взялся?
– Да из всех знакомых был только Антон, а он понятия не имеет, – с досадой ответила Марина.
– Притащили толпу из Б-2, вот и поди разберись…
– А Костя был?
– Костя? – удивилась Марина. – Вроде нет. Точно не был. А что?
– Просто так, – я пожала плечами. – Он ведь единственный… друг семьи. Ну, кто давно знает Лену.
– Это да, – кивнула Марина. – Ладно, я спать пошла.
Марина ушла, а я, обессиленная и мрачная, выключила свет в наивной уверенности, что снова забудусь тяжелым, жарким сном с черно-белыми сновидениями. Но так как я все-таки нормальный человек, а не монстр со стальными нервами, то мне, разумеется, стали мерещиться призраки.
С полчаса я вздрагивала от всех шорохов, которых в загородном доме, к несчастью, навалом, а потом приняла решение сбежать. А что? Зачем на нас всех целый час орал этот придурок-следователь и обещал каждого посадить в камеру на весь период следствия, если мы завтра днем не организуемся и не дадим внятные показания? Это же превышение полномочий, за которое можно ой как получить по голове от какого-нибудь Международного комитета по правам человека! Я вообще, как журналист, такой хай подниму, что все эти Дракулы в погонах сильно пожалеют… «Два убийства, – прошептал гаденький голос.
– Два убийства за день».
Стало совсем плохо – я натянула на голову плед и сжалась в комок. Может, он и прав, этот следователь… Кто-то из нас завалил двух человек. И это еще гуманно, что нас не посадили. А может, лучше было остаться в милиции? Там, по крайней мере, безопасно.
