Ему предстоит многое объяснить ей. Поймет ли?
На Глухую Пустошь опускалась голубоватая от лунного света дымка.
– Откуда туман взялся? – поеживаясь от холода, недоумевал водитель черного «Хаммера», который привез сюда заграничного банкира. – И тишина, как в склепе. Жутко мне, ребята.
– Гиблое место, – шепотом произнес один из охранников. – Говорят, здесь уже происходило что-то подобное. Лет сто или двести назад… то ли женщина утопилась в пруду, то ли здешний помещик стрелялся на дуэли с заезжим гусаром. И потом пошло-поехало…
– А где пруд?
– Там, за холмом… зарос почти.
Между деревьев, заволакиваемые туманом, стояли две машины с открытыми дверцами – «Мерседес» бритоголовых и «жигуленок» приятеля Дмитрия. Рядом лежали три трупа.
– Наведите порядок, – велел банкир. И указал на Дмитрия: – Парня положите в его авто.
– А… куда остальных? И тачки?
– Туман… – выразительно произнес иностранец и сел в «Хаммер». Как будто этим было все сказано.
Туман становился гуще, курился в лунной мгле. «Хаммер» осторожно выехал из леса, покатил по грунтовке.
Не прошло и минуты, как он совершенно растворился в непроглядной ночи…
* * *– Арина, просыпайся, – настойчиво повторял мужской голос.
Она открыла глаза, удивленно приподнялась:
– Димка, ты? Как ты меня нашел? А где…
Она не узнавала комнаты, бледная, с блуждающим взглядом.
– Тебе плохо? – забеспокоился муж. – Может, заболела? Тогда я позвоню, скажу, что мы не придем.
– Куда?
– На вечеринку, в «Марицу»! Забыла?
– О-о-о! – Арина со стоном закрыла глаза, зарылась лицом в подушку.
– Господи, какой ужас!
Надо было вставать, собираться.
Дмитрий придирчиво наблюдал за одеванием жены. Вишневое платье… ну, конечно! И чертов медальон.
– Сними его, – взмолился Дмитрий. – Я тебе золотую цепочку купил, кулон с рубином. А ты не носишь.
И этот его недовольный тон, и это зеркало, в котором Арина любовалась своим отражением, и эти слова мужа были ей знакомы…
– Бабушкин подарок, – смиренно опустила она глаза. – Мне к лицу.
Безрассудное сердце ее замирало от предвкушения встречи.
Ей ужасно хотелось увидеть того… иностранца, который купил Глухую Пустошь… услышать его голос, ощутить прикосновение его руки…
«Ты бредишь! – сказала она себе. – У тебя навязчивая идея!»
По аллее между красных кленов и раскидистых лип они шли уже в сумерках. Арина крепко держала мужа под руку. Из садов доносился запах дыма и зимних яблок.
«Без медальонаон меня не узнает», – думала она.
В голове шумело, под ногами хрустела опавшая листва.
