Он вскочил из-за стола, опрокинув стул, на котором сидел, схватил сумку со своими шаманскими вещами и метнулся в сторону двери, не обратив внимания на недоуменный вопрос Риана, заданный ему вслед. Шёл по связи — точнее, бежал так быстро, как мог, перепрыгивая через ступеньки и ровно, размеренно дыша, чтобы не сбивать дыхание. С каждым прошедшим мгновением связь становилась всё слабее и слабее — словно огонёк свечи перед тем, как погаснуть окончательно.
Вот и нужный коридор. Повезло, что Каролину ранили именно здесь, а не дальше и не в городе — тогда Морган точно не успел бы.
Да и сейчас не факт, что успеет.
Девушка уже была без сознания. Лежала на спине, бледная в синеву, прижимая к груди красные от крови руки, и тяжело, рвано дышала. Плащ был распахнут, платье тоже промокло от крови, да и под самой Каролиной на полу собралась приличная лужа. Дело было плохо, и осложнялось полнейшим нежеланием девушки жить, что в конечном счёте играло решающую роль. Рану-то он зашьёт, успеет, и кровь специальными зельями восстановит, но нежелание Каролины жить утянет её в посмертие вернее любой раны.
Рассуждать и придумывать что-то было некогда, поэтому Морган начал сшивать разорванные ткани. Ему повезло — сердце было не задето, только лёгкое и важные сосуды, и Каролина умирала от потери крови.
Кровотечение он остановил быстро, с зашиванием ран провозился дольше — минут десять работал нематериальной силовой иглой, используя вместо ниток собственную чистую магию.
Такой способ был самым затратным, но и наиболее эффективным — раны затягивались за пару часов. Вот и у Каролины моментально запускалось заживление, но, к сожалению, оно задевало только тело — душа продолжала отлетать, и Морган ощущал, как их связь становится всё тоньше и тоньше несмотря на все его усилия.
В дело пошла фляга с ключевой водой, которую Морган, быстро заговорив и бросив туда несколько трав для восстановления объёма и циркуляции крови, приложил к губам Каролины и аккуратно заставил выпить.
Должно было помочь, тем более, что раны он зашил. Да, Каролина потеряла много крови, но для смерти этого было недостаточно.
Однако она продолжала уходить. Процесс замедлился, это Морган чувствовал, но не прекратился. Он знал такой эффект — подобное случалось всегда, если пациент банально не желал, чтобы его лечили. Вот и Каролина не желала. Она настроилась на то, чтобы покинуть этот мир.
— Вот дура, — выругался Морган в отчаянии.
