Собственно, новоиспечённый король один из них уже нашёл, заявив принцессе, что отпустит Роланда после свадьбы. И да, канцлер сказал бы примерно то же самое. Он вообще не обольщался на свой счёт, зная, что похож на отца гораздо сильнее, чем принцы Тедеон, Грегор и Огден. Король и сам это говорил, сетуя, что ни у кого из его «нормальных» сыновей нет такого крепкого характера, как у Роланда.
Но сейчас канцлеру было некогда думать о тонкостях отношений Огдена и Анастасии — весь день он крутился, как дрессированная собачка во время циркового преставления, и держался только благодаря выпитому эликсиру для бодрости.
Был у него, правда, один неприятный побочный эффект — всё вокруг казалось слишком кричаще-ярким, и от этого болели глаза.
Королевская гвардия встретила инициативу со сменой начальника охраны настороженно, с опаской. Дураков среди них не держали, поэтому парни сразу сообразили, к чему это может привести, особенно учитывая информацию про покушение на Огдена. Нортон Чанг, несмотря на то, что не был в восторге от собственного назначения, сразу приступил к обязанностям, и тут же поменял всех своих замов — на людей Анастасии, естественно.
А потом и остальным занялся, просматривая документы, опрашивая гвардейцев и проверяя журналы учёта посетителей вместе со своими ребятами. Короче говоря, взбаламутил воду так, что к обеду у людей Джулиана Шолто дымились макушки и дёргались глаза. Парочку даже арестовали, но не за связь с заговорщиками — просто нашли у них в карманах, которые Чанг заставил вывернуть сразу после своего назначения, запрещённую траву.
Потом было совещание с министерством дипломатических дел, и на нём пришлось забыть о заговоре против короны, решая другие проблемы, связанные с соседями, в первую очередь с Альганной. Именно с вотчиной императора Арена Альтака больше всего сотрудничала, да и культура была похожа. Остальные соседи — Корго на юге и княжество Сизгард на севере, — сильно отличались по традициям и образу жизни, хотя торговали с ними активно, а в Корго ещё и отдыхать ездили.
Вот в Сизгард ездить было нежелательно — чужаков там не любили, послов и то с трудом терпели. Сотрудничество с ними частенько оказывалось одной сплошной проблемой."
"Сразу после совещания с дипломатами Роланд всё-таки вызвал к себе Эрнеста Тада — хотя и понимал, что у того наверняка мало времени. Но нужно было узнать, как продвигаются дела, а главное — что говорят арестованные.
