Но ко входу, конечно, лучше не приближаться — если ненароком споткнуться и задеть проход даже краем одежды, внутрь попросту затянет. Хотя там, насколько я помню, заграждение стоит на всякий случай — чтобы не лезли.
— Мы не полезем, — уверила гвардейца Анастасия и, развернувшись, пошла вдоль стены лабиринта к другой аллее — не яблоневой, как та, по которой они сюда пришли, а сиреневой. — Каролина, а клумбы тут есть? Хотелось бы посмотреть.
— Да, ваше высочество, сейчас я всё покажу! — обрадованно выдохнула бывшая невеста Огдена и поспешила вслед за принцессой.
Роланд
Канцлер понимал ещё накануне, что вряд ли получится вырваться и составить компанию Анастасии до обеда, да и после тоже. Он даже не мог себе гарантировать, что сможет нормально пообедать, — дел у Роланда было гораздо больше, чем у Огдена. Юный король пока считал, что ему достаточно лишь поверхностно вникать в проблемы и вопросы, но никогда не контролировал исполнение своих решений. И не потому, что был безответственным, — просто Огден знал, что всё это отлично делает канцлер.
Точно так же с определённого момента начал поступать и Фредерик. Поначалу он старался держать под контролем если не все, то многие моменты, но потом, осознав, что у старшего сына прекрасно получается следить за исполнением приказов, успокоился и расслабился. Может, это и правильно. Не следует королю делать «грязную» работу. Вполне достаточно и чистой.
В общем, с самого утра Фокса ждали совещание за совещанием, впрочем, как и Огдена. Встреч было даже больше, чем обычно, потому что многие королевские советники, узнав, что Роланд отправляется в Альганну и какое-то время будет отсутствовать, откладывали вопросы до его возвращения.
Причём часть этих вопросов даже не предполагалась для обсуждения с королём — просто внутренние проблемы служб, в которые Огден мог и не вникать. Роланд и представители министерств решали их без вмешательства короля. К Огдену попадали только те дела, которые требовали какого-то принципиального решения или специального указа.
Поэтому рабочий день Роланда начался около восьми часов утра, но король присоединился к нему только спустя полтора часа, когда Фокс уже успел разгрести всё то, что было оставлено советниками до его приезда. И до обеда от текущих дел было никак не оторваться, да и обед Роланд обязательно пропустил бы, если бы сам Огден силой не потащил его в королевскую столовую.
Так было принято: завтрак проходил у членов королевской семьи в личных столовых, а обед и ужин — в общей.
