Канцлер тоже смотрел на Анастасию с большой симпатией, но, в отличие от девушки, не тревожился — его лёгкая улыбка была скорее по-доброму ироничной. В любом случае и по Роланду, и по принцессе невооружённым глазом было видно, что они нравятся друг другу. И если с Анастасией у Огдена ещё были кое-какие сомнения — она же принцесса, наверняка избалована мужским вниманием, — то по поводу Фокса король был уверен: там, без сомнения, больше, чем обычная симпатия. Всё же на канцлера слишком редко смотрят так, как смотрела Анастасия — открыто и с теплотой.
Мужчина ещё мог позволить себе подобный взгляд, но женщины предпочитали держаться от Роланда подальше. И если уж смотрели, то более откровенно, как бы намекая, на что готовы ради того, чтобы получить от канцлера пару жарких ночей."
"Огден сам видел это, и не раз. Кроме того, Фокс говорил ему, что не заводит ни с кем романов, пользуется только дамами лёгкой доступности. Так что он наверняка тоскует по искреннему женскому восхищению.
А что? Это идея.
Хотя, честно говоря, диковатая. Огден даже не представлял, что ему скажет Роланд, услышав то, что сейчас пришло ему в голову, и в какие дали пошлёт. Поэтому торопиться не стоит, нужно присмотреться, подумать… Можно и с Каролиной посоветоваться, кстати. Она ведь женщина — лучше поймёт, есть ли между Анастасией и Роландом более глубокие чувства или нет.
— Принцесса, — кивнул девушке Огден, подходя к столу. По правилам он был не обязан даже замечать канцлера, но Огден никогда не вёл себя с Фоксом подобным образом, поэтому кивнул и ему: — Канцлер.
Разрешите к вам присоединиться?
— Конечно, ваше величество, — ответила Анастасия вполне доброжелательно. — Мы будем рады.
Огден опустился на своё место по левую руку от принцессы, во главе стола. В отличие от Альганны, где во время приёмов места за столами занимались в произвольном порядке, в Альтаке с этим было строго. Король во главе стола, по правую руку от него — жена или невеста, по левую — ближайшие приближённые, в том числе и канцлер.
Так что Роланд, как ни крути, сидел не там, где надо, а рядом с принцессой. И только Огден открыл рот, чтобы приказать ему пересесть, как Анастасия мягким голосом произнесла, накрыв ладонью руку Фокса — мужчина, по-видимому, собирался встать:
— Что же вы, Роланд, не пробуете салат? В Альганне его называют «рыбкой под одеялом». А в Альтаке как?
— «Сонный сом», — ответил канцлер, кажется просто по инерции, и вновь попытался подняться.
