Она завернулась в куфию, надвинув ее пониже на лицо, и вскочила на коня. Выехав из рощи, Хедер пристроилась в конце каравана. Она даже не стала задаваться вопросом, куда направляется этот караван. Главное, чтобы подальше от Стамбула.
Хедер старалась как можно меньше выделяться из составлявшей караван толпы людей. Как только они доберутся до ближайшей деревни, она узнает, где находится вилла Малика, и попросит у него убежища. Во всяком случае, она будет рядом со своей кузиной.
Прошел час. И еще один.
Хедер уже начала успокаиваться, ощущая себя в полной безопасности, как вдруг к ней подъехал мужчина из головы каравана.
Благодаря усилиям Омара Хедер уже довольно бегло изъяснялась по-турецки. Поверят ли ей, если она скажет, что живет в Турции? Хедер про себя вознесла молитву Богу, чтобы подъехавший человек не вздумал допрашивать ее.
Видимо, Богу в тот день было не до Хедер или же он пребывал в скверном расположении духа, потому что ее молитва осталась без ответа.
Молодой человек, с виду не старше двадцати лет, не произнес ни слова.
Вместо этого он в течение нескольких мучительно долгих мгновений пристально разглядывал нового попутчика и его лошадь. Взглянув на полуприкрытое лицо, он вдруг широко улыбнулся и, развернувшись, пустил лошадь галопом обратно в начало каравана.
Через несколько минут к Хедер подъехал человек постарше. По виду его можно было принять за главу каравана, и Хедер моментально насторожилась.
– У вас найдется минутка? – спросил он по-турецки.
Хедер кивнула, но ничего не сказала.
Она не отрывала взгляд от дороги.
Черные проницательные глаза мужчины внимательно изучали одетого в черное незнакомца, который ехал рядом с ним. Он был слишком мал для мужчины и слишком изящен для мальчика. Все стало ясно, когда он увидел женские руки, причем не привыкшие к тяжелой работе. Кроме того, упряжь лошади была украшена монограммой принца Халида. Очевидно, одна из его наложниц украла лошадь и сбежала. В таком случае принц Халид даст хорошее вознаграждение тому, кто вернет беглянку.
– Меня зовут Коко Касабиан, я глава семьи Касабиан, – представился Коко. – Мы занимаемся продажей ковров тончайшей работы.
Проговорив это, мужчина замолк в ожидании ответа. Хедер взглянула на него. У невысокого, коренастого Коко была смуглая кожа и седеющие на висках черные волосы.
– А вы кто? – поторопил девушку Коко.
– Малик, меня еще называют Лисом Пустынь, – резко ответила девушка, стараясь придать голосу мужской тембр.
