– А как же ваша лошадь?
Хедер заколебалась. Об этом она не подумала.
– А будь вы женщиной, ваша участь была бы еще страшнее, – продолжал хитрый армянин.
Хедер не на шутку разволновалась:
– В каком смысле?
– Эти грязные сластолюбцы надругаются над телом женщины самым отвратительным способом, – сказал Коко. – Сначала они...
Хедер была напугана, но от своего не отступилась:
– Я поеду один.
– Хорошо. – Коко пожал плечами и улыбнулся: – У каждого своя судьба.
Коко выкрикнул какой-то приказ на своем непонятном армянском языке.
Караван развернулся и двинулся в обратном направлении.
Коко задержался на минуту.
– Прощай, Малик, – сказал он. – И да пребудет с тобой Аллах. – С этими словами армянин развернул свою лошадь и стал догонять караван.
В течение нескольких секунд Хедер смотрела ему вслед, а затем перевела взгляд на дорогу. Мысль о путешествии в одиночестве пугала девушку. И почему она убежала? Что ей теперь делать?
– Подождите меня! – воскликнула Хедер и бросилась догонять караван.
Несколько часов спустя на горизонте появился караван-сарай. И тут у Хедер впервые возникла мысль, что здесь не все чисто. Слишком уж много людей и лошадей толпилось вокруг. Еще только утро: не время для путешественников останавливаться на ночлег.
Натянув куфию пониже, она спешилась.
Как ей удастся сохранить свой секрет, когда вокруг столько народу? Хедер поглаживала голову своей кобылы. Если кто-то догадается... Хедер старалась об этом даже не думать.
И в этот момент она испытала первое потрясение из тех, что уготовил ей тот памятный день.
Держа за ручку маленькую Кристу Касабиан, из караван-сарая вышел Халид.
Оказывается, мир намного меньше, чем она думала.
Не надо было возвращаться с караваном, ругала себя Хедер, не подозревая, что весь этот спектакль с самого начала был разыгран Коко. Может, если она будет держаться сзади, ей удастся незаметно ускользнуть?
Тем не менее она продолжала стоять, словно прикованная к месту, завороженная одним только видом Халида.
Несмотря на все, что он причинил ей, Хедер испытывала всепоглощающее чувство радости от близости к нему и могла мечтать лишь о том, чтобы оказаться в его объятиях и покориться ему."
"Коко отправил Кристу к матери, которая прижала к себе ребенка так сильно, как будто решила никогда больше не отпускать.
– Мой принц, благодарю тебя за то, что ты позаботился о моей дочери в мое отсутствие, – громко проговорил Коко.
