Но гораздо больше во мне внезапно вспыхнувшей обиды: ему смешно!
Аслан насмехается над моими страхами! Может быть, он совсем сумасшедший и за отшельническую жизнь в глуши растерял возможность бояться? Но я не такая…
Во мне все инстинкты вопят о необходимости прятаться в потенциальный момент опасности.
Аслан хохочет, вальяжно расположившись на камне, я отворачиваюсь и снимаю дурацкие калоши, чтобы поправить сползшие носки.
Глотаю глупые слезы обиды. Они все равно стекают к кончику носа, щекоча его. Осторожно вытираю капли рукавом, чтобы не издавать лишних звуков.
У меня есть занятия поважнее, чем делить с Асланом его глупое веселье.
- Ты не рада нашему гостю?
Вопрос снова адресован мне.
Нельзя игнорировать. Невежливо.
Я вдыхаю как можно глубже и запираю звуки беззвучных слез внутри, чтобы случайно не вырвались. Чтобы ничего не вырвалось.
Замыкаюсь в себе, понимая, что ночные поцелуи были ошибкой.
Больше не повторится.
У Аслана свои интересы, а у меня - свои. Я сама по себе, для меня ничего не изменилось.
Я еще в пределах досягаемости Умара Джафарова, а у него очень длинные руки.
- Лея? Чего ты там возишься?
Лишь бы муж не подошел смотреть!
- Я поправляю обувь. Нашему гостю я не рада. Он меня напугал. И я не понимаю, почему он за нами побежал.
Вроде бы нормально ответила. Ничего такого… Не нагрубила? Нет, кажется, не нагрубила.
Однако Аслан все равно поднимается и застывает надо мной.
- В чем дело?
- Калоши сползли.
Аслан присаживается и проверяет: перед отправлением я примотала калоши к ноге веревкой, чтобы они не спадали с ног.
- Плохо завязала, давай поправлю.
«Не стоит!» - воплю мысленно.
Но дергаться глупо. Осторожно замираю, глядя, как Аслан развязывает узел и стягивает носок, касаясь светлой кожи.
- Сорванный мозоль болит?
- Все хорошо.
- Значит болит.
Пальцы Аслана контрастируют с моей кожей. Он осторожно касается моей стопы, проводит по внутренней стороны и зачем-то касается пальчиков, словно гладит.
- Расслабься, все хорошо. Недалеко осталось.
Я осмеливаюсь поднять взгляд и посмотреть на его темноволосую макушку, склоненную над моей ногой.
Заметив, как он поднимает голову, быстро начинаю смотреть в другую сторону.
- Ничего не вижу. Никакого дома.
- Мы идем к машине. Недалеко осталось, - заверяет меня Аслан. - На машине доедем до аула.
Он быстро возвращает носок на место и закрепляет калошу на место, приматывает и делает бантик из концов.
- Вот, красота же!
Последнее, что меня интересует, это какие-то бантики.
