После вводной части на две минуты, дядя не выдерживает:
- Подробности меня не интересуют! Не доверяешь банкам?!
- Не доверю! Говорю же, кредит левый повесили, все соки выпили. Если с кредитом так, то и с накопленьями вообще никаких гарантий! Если банк прогорит или просто свернет свою лавочку, все пойдет прахом. Под боком держать надежнее.
Мой похититель держится уверенно, я бы даже сказала расслабленно.
Он открыто говорит с дядей и не дрожит перед ним.
Умару это не нравится, настораживает. Он медленно обходит мужчину со всех сторон.
- Ты слишком спокойный для того, кто станет гуляшом через минуту.
- Все умрут однажды. Я привык к опасности.
- Где ты такой смелости набрался?
- Здесь, в глуши, опасности хватает.
- Не боишься ничего, что ли?
- Боюсь. Иначе бы не согласился на брак с девушкой.
Возникает пауза. Слышно только как начинают блеять козы в загоне.
Проходит несколько минут томительного ожидания.
- Два миллиона семьсот пятьдесят восемь тысяч!
Дядя крякает от удивления.
- Недурно. Недурно…
Умар Джафаров щелкает языком.
- А ну-ка, повнимательнее посмотрите там! - покрикивает. - Вдруг он еще что-то припрятал.
- Больше ничего нет! - торопливо возражает пастух.
Умар потирает руки.
- Если ты так поспешно сказал, что там ничего нет, значит, мои люди кое-что обязательно найдут.
Пастух хмурится. Мне не нравится торжествующее выражение на лице дяди.
Он очень опасный, жестокий, просто злобный человек. Дядя может просто отдать приказ убить и меня, и этого психа с банкой.
- Больше ничего нет! - звучит ответ через несколько минут.
- Только это!
Осман передает дяде деревянную шкатулку, обмотанную бечевкой. Местами шкатулка сильно обгорела, как будто чудом уцелела в пожаре.
- Что здесь?
Умар встряхивает шкатулку. Дядя перерезает бечевку ножом, лезет пальцами внутрьи через мгновение вытаскивает цепочку с золотым медальоном. Дядя приподнимает цепочку повыше, чтобы посмотреть, как золотое плетение играет на свету. Красивая вещичка!
- Ц-ц-ц-ц… Хорошая работа! Сразу видно руку старого мастера…
Вижу, как мрачнеет лицо моего похитителя.
Как будто в его душу залезли грязными руками.
Дядя засовывает цепочку себе в карман пиджака и похлопал по нему с довольным видом. Еще бы… Эта находка даже на расстоянии выглядит изящной и дорогой.
Пастух помрачнел еще больше, напрягся всем телом. Он смотрит на дядю так, будто он у него самое ценное отобрал.
- Семейная ценность, - говорит глухо. - Я не могу отдать.
- Это выкуп! - возражает дядя.
