Есть еще хлеб, но я с трудом удерживаю внутри даже воду, поэтому хлеб просто лежит рядом с мной, на сухом клочке земли.
Пытаюсь понять, что делать дальше. Как? Куда идти? Попытаться связаться с Асланом Салмановым? Я даже его телефона не знаю! Конечно, я не буду ему звонить! Не потому что боюсь быть отвергнутой, а потому что сама отвергаю мысль о возможном продолжении наших отношений. Они будут бесправными для меня, а я… просто не смогу смириться с ролью любовницы.
Это не для меня!
Конечно, мое решение сбежать и довериться Наире - самое глупое, что только могло со мной случиться! Больше никогда не поверю врагам на слово! Ни за что…
Я прикрываю глаза и забываюсь ненадолго, а потом… вдруг вскидываюсь с четким ощущением, что кто-то смотрит на меня в упор.
Распахиваю глаза и вижу… прямо напротив, из темноты, в упор на меня поблескивают глаза зверя.
Я бы закричала, но могу только сипеть. Темно-темно… Дождь продолжает лить стеной. Изредка на улице проносятся всполохи молний. После очередной вспышки успеваю понять, что напротив меня сидит довольно здоровый, но сильно отощавший пес.
Черт… Кажется, я заняла его место! Не зря от ватника воняла псиной.
«Извини, что заняла твое место. Ты можешь рядышком присесть. Места хватает. Поесть хочешь?»
Подталкиваю в сторону собаки кусок хлеба. Собака молча смотрит на меня, без движения. Мне кажется, проходит час или два, прежде чем пес нехотя сдвигается в мою сторону и принюхивается. Я осторожно отламываю хлеб и ложу его на землю. Собака снова долго-долго думает, прежде чем попробовать, зато потом на второй кусок косится уже с большим аппетитом.
К этому времени мои глаза привыкают к темноте настолько, что я вижу очертания вокруг, но не могу разглядеть цвет пса.
Ну и ладно! Не сожрал меня, не покусал.
«Спасибо, что не выгнал!»
Я все еще не оставляю попытки сказать хоть что-то, из горла вырывается лишь сипение. Второй кусок хлеба собака с аппетитом съедает прямо с моей ладони и обнюхивает рюкзак.
«Извини, но там больше ничего нет!»
Глажу промокшую собаку по голове, почесывая за ухом.
Сама себе напоминаю такую же заблудшую и никому не нужную псину…
С трудом сдерживаю рыдания, но в итоге сдаюсь и начинаю плакать. Собака рядом поскуливает в такт моим всхлипываниям.
-Алмаз! Алмаз! - внезапно слышится издалека требовательный женский голос.
В сарай кто-то идет...
Глава 28
Лея
Собака вскидывается и начинает громко тявкать, довольно крутя своим мокрым хвостом во все стороны.
