- И что мне делать с этими знаниями? - выдыхаю едва слышно. - Разве это изменит хоть что-то? Вы все равно мне лгали, в заблуждение вводили.
Аслан застывает рядом, тянется к краю покрывала, которое я тщетно пытаюсь удержать трясущимися от волнения пальцами. Лёгкий, плавный рывок приводит к тому, что покрывало медленно сползает, открывая меня алчному и внимательному мужскому взгляду.
- Не обращайся ко мне на ""вы"" так, словно мы - чужие."
"- Чужие. Я вас не знаю, господин Салманов. Верните мне пастуха-отшельника Бероева.
Зачем я вообще ему бороду сбрила, чтобы потом... - задыхаюсь. - Потом появился вот этот женатый и влиятельный мужчина с кучей секретов?
- Я все тот же, Лея, и я по тебе соскучился безумно. Прошу меня понять. Я не планировал этого, ничего из того, что свершилось между нами. Понимаешь? Ты свалилась мне на голову, как снег летом. Я не ждал, что тобой увлекусь, не знал, что ты - такая, особенная во многом. Ты стала для меня лучшем света, глотком свежего воздуха в затхлой пещере. Рядом с тобой я впервые задумался о возвращении к полноценной жизни.
..
Аслан наклоняется, понемногу отвоевывая моё пространство, переделывая его под себя. Я знаю, что он делает и как это делает. Так же как знаю, что сердечко готово поверить ему - каждому слову и проникнуться его историей, с драматическими событиями, предательством и обманом.
Но как мне смириться с тем, что он, обман не приемлющий, сам мне солгал? Как жить с этой занозой в душе, которая уже запустила отравление? Ядовитый процесс необратим, след останется.
Губы Аслана касаются моей щеки осторожным выдохом, но в нем явно чувствуется желание большего.
В последний момент я успеваю отвернуться и выставить ладонь.
- Нет.
- Лея...
- Когда вы решили вернуться к прежней жизни, вы думали о своём браке? Вспоминали о нем? И какую роль вы отводили мне? Тайной любовницы? Может быть, даже до второй жены смогли бы повысить? Хотя, вряд ли... не тот уровень. Не тот уровень моего положения в обществе, разумеется.
- Ты до сих пор обижена.
Я не хотел втягивать тебя в семейный разборки, только и всего. Теперь понимаю, что молчать не стоило, но уже поздно сожалеть. Прошлого не изменить.
- Да, вы правы. Слишком поздно.
Аслан выпрямляется, а потом неожиданно ссутулившись. Впервые вижу, как он расслабленно приникает вниз, как опускает плечи, словно от усталости.
- Что мне сделать, чтобы ты меня простила?
///
- Вы серьезно? Я должна выдумать каприз, а вы его исполните?
- Так и есть.
