Я несколько раз видела, как он до крови забивал провинившихся. Однажды даже сама попала под горячую руку, и от тягостных воспоминаний пальцы левой руки потянулись к пояснице, чтобы почесать старый шрам.
- Думаешь, ты кому-то с дыркой между ног нужна? - фыркает грубиян. - Не знаешь, где живешь и какие у нас порядки? Тьфу! - сплевывает себе под ноги. - Позор семье!
Наглец подтверждает мои самые печальные мысли. Я глотаю оскорбления вместе с обидой. Именно так и должна поступить провинившаяся.
Но на самом деле я бунтую.
- Да пошел ты, - шепчу себе под нос.
Едва слышно.
Лишь губами шевельнула.
Уверена, пастух ничего не заметил!
Однако через миг я громко и испуганно вскрикиваю!
Потому что нахалище подобрался ко мне невероятно быстро. Незаметно, словно ниндзя.
Резко обхватил мои губешки двумя пальцами.
Прищепил их жестко.
- Еще раз вякнешь, невеста…
Сильнее сжимает.
- Поняла?
- Угу.
- Молодец, если так.
Но сразу не отпускает. Присматривается повнимательнее, на губы смотрит.
Пристально так…
С интересом.
В глубине темных глаз мелькает что-то голодное, зверское.
Мужской интерес.
Ой-ей…
- Хорошие губешки. Надеюсь, они рабочие. Скоро проверю, так ли это! - кивает и отпускает.
Я бы возмутилась.
Но вместо этого я взвизгиваю в очередной раз.
Потому что наш разговор перекрывает рокотом моторов, одиночными выстрелами…
Козы от испуга заблеяли еще громче.
Мой похититель соизволил отпустить меня. Мужик деловито подтягивает вверх лямки рабочего комбинезона.
- Пошли, невеста! - кривит губы, хватая меня за плечо.
- Нужно встретить твоего дядю.
Видно, я ему глубоко противна. Но на минуточку, я к нему в жены тоже жуть как сильно не хочу!
- Рот держи на замке. Говорить буду я, - роняет властно.
Мужлан расправляет плечи.
Каким-то образом я оказываюсь задвинутой за его спину.
Офигеть, какая у него спина - широкая, хорошо развитая. Горячая, от него пышет жаром. Я могла рассмотреть его хорошенько и признала, что мужчина сложен замечательно. Выглядит мощно, уверенно, возникает приятное чувство, будто я нахожусь в надежном убежище.
У него узкая талия, широкие плечи, крепкая мужская шея.
Пусть он наглец и хам, но за его широкой, прямой спиной очень удобно прятаться от гнева дядюшки.
Громкий треск лупит по ушам.
Хлипкая изгородь валится на сухую землю.
Плетень не выдерживает напора хромированных морд вездеходов.
Приходится зажмуриться и поднести к носу рукав кофточки.
Дышать нечем. В глаза летит пыль.
