Наверное, я ничего не смыслю в детях, хотя и живу в одной квартире вместе со своей лучшей подругой Тамарочкой и ее новорожденным сыном Никиткой[1]. Но мне всегда казалось, что человеческий организм не машина. Иной раз кусок в горло не лезет, а в другой день ешь без остановки, то же и со сном. То валишься с ног от усталости около восьми вечера, а то кукуешь до полтретьего, листая давно прочитанную книгу. Ну как может маленький ребенок всегда вести себя одинаково!
Мой супруг Олег Куприн служит в милиции. Как-то раз он сказал мне:
– Знаешь, что самое неприятное в тюрьме и на зоне?
– Ну, – призадумалась я, – дедовщина, наверное, хотя это в армии.
В лагере она есть?
Олег мрачно сказал:
– Есть, только называется по-иному. Но хуже всего невозможность ни на секунду остаться одному и необходимость регулировать свои естественные надобности по приказу.
– Это как? – не поняла я.
– Спать, есть и ходить в туалет не тогда, когда хочется, а когда начальству угодно, – пояснил Олег.
Так зачем создавать двухлетнему ребенку лагерные условия? Ну почему Аська понеслась будить мирно спящую Ляльку? Сама проснется, ляжет потом попозже.
Только в этом-то все дело. Аське захочется вечером попить спокойно чай с Сережкой, а не возиться с шаловливой Лялькой. Отсюда и режим: когда Ляля укладывается в девять спать – у супругов впереди целый свободный вечер. Так что забота о детском режиме на самом деле…
– Помогите! – понесся по квартире крик, больше похожий на вой. – Помогите!..
Звук летел из детской. Чуть не упав на повороте, я понеслась по узкому бесконечному коридору.
– Помогите… – неслось мне навстречу, – ну кто-нибудь…
Распахнув рывком дверь, я увидела Асю, держащую на руках Лялю. Ребенок лежал, откинув голову.
– Она не просыпается, – сказала Ася, – открой скорей балкон.
Я распахнула дверь. Холодный ноябрьский воздух ворвался внутрь. Ася выскочила наружу.
– Лялечка, открой глазки, Ляленька…
Но девочка продолжала безвольно висеть. Несмотря на ощутимый холод, ее бледная кожа не покрылась мурашками.
Я повнимательней посмотрела на круглое личико и схватилась за стену. Лялечка, не мигая, смотрела куда-то вдаль. Маленький рот приоткрылся, нос вытянулся.
– Ляля!!! – заорала Ася. – Ляля!!!"
"На соседний балкон выглянул мужчина. Я достаточно хорошо знаю этого дядьку. Зовут его смешным именем Ежи, и он квалифицированный кардиолог. Когда у Олега начались неприятности с давлением, Ежи живо подобрал ему препараты, которые поставили моего мужа на ноги.
