Хочешь увидеть Лялю?
– На том свете, да?
– На этом!
Сергей только хлопал глазами.
– Ляля жива, – сказала я.
– Но я видел гроб! Ты с ума сошла!
– Сам сказал, что девочка была на себя не похожа!
– Да, конечно, но смерть меняет внешность, – залепетал Аськин муж.
– Нет, она жива.
– Ты уверена?
– Абсолютно!
– Но…
– Вот что, – сказала я, пряча мишку в сумку, – слушай меня, и все будет хорошо! Значит, так, сидишь в этой квартире и ждешь моего звонка, ясно?
Сергей кивнул, я понеслась к метро. Придется подключать к делу Олега, ох, наслушаюсь сейчас нравоучений.
ГЛАВА 29
Первая книга, которую я увидела на лотке возле своей станции, была «Гнездо бегемота» Арины Виоловой. Трясущимися руками я вытащила кошелек и спросила у продавщицы, огромной тетки, закутанной в куртку, шаль и жилетку:
– Хороший детектив? Покупают?
Баба скользнула по мне равнодушным взглядом.
– Арина Виолова? А хрен ее знает! Столько их развелось, писателей! Вон Маринину берут, Полякову… Из любовных романов Берсеневу читают, хорошо продается.
А Виолова эта… Да возьмите, чем вы рискуете?
– Можно мне три книги? Подругам хочу подарить.
– А нет, я только одну получила, зачем рисковать, если автор неизвестный? – пояснила торговка. – Повиснет еще, убыток принесет.
– И что, ее никто с утра не купил? – пробормотала я.
– Только вы заинтересовались, – вздохнула продавщица, – народ избалованный пошел, не то что раньше, подай теперь всем только тех, кого знают. Оно и понятно, книжечки-то не дешевые, цена кусается, неохота людям зря тратиться.
Прижимая к груди «Гнездо бегемота», я ворвалась домой и позвонила Олегу.
– Немедленно приезжай.
– Случилось что? – испугался муж.
– Быстрей, прямо сейчас!
Через сорок минут запыхавшийся Куприн вошел в прихожую.
– Ну, – начал он.
Но я не дала ему закончить фразу, вытянула вперед руку с детективом и торжествующе сказала:
– Вот! Смотри, какая книжечка.
В глазах мужа мелькнул злой огонек. Он явно собирался воскликнуть: «Из-за такой дряни сорвала меня с работы?!» Но тут его взор упал на обложку, и мой майор заорал:
– Вилка! Суперски! Ну, блин! Я – муж писательницы! Офонареть можно! Это надо отметить, немедленно собирайся!
– Куда? – попятилась я.
– Зачем? Ночь на дворе!
– Давай, давай, – всовывал меня в куртку Куприн, – в ресторан пойдем!
– Но мы всегда едим дома!
– А сейчас изменим привычке.
– Томочка не сможет пойти…
– Топайте вдвоем, – подала голос подруга, прижимая к себе спящего Никиту.
