И в эту самую минуту, когда Гуров уже решил, что все пропало, оттуда, из-за темной стены леса, прогремел выстрел. Судя по звуку, стреляли из охотничьего ружья. Он увидел, как прямо у ног бегущего далеко впереди человека взметнулся фонтан земли.
Беглец тут же кинулся на землю, вытянул вперед руку, и сыщик вновь услышал звук выстрела. На этот раз стрелял Линев, и стрелял уже не из карабина — его он бросил в доме, — а, судя по всему, из пистолета. Он выстрелил, раз, другой, потом снова вскочил, чтобы бежать дальше, но тут же из леса прогремел новый выстрел — кажется, на этот раз прямо над головой банкира.
Этот заряд снова заставил Линева упасть.
«Кто же это стреляет? — не мог понять Гуров. — Может, это сержант? Но откуда у него охотничье ружье? Или кто-то из жителей поселка? Скажем, Подсеваткин…».
Тем временем Семенов значительно приблизился к фигуре в бандане, теперь его отделяло от беглеца не более двухсот метров, а за Семеновым следовал Гуров. Беглец обернулся, увидел преследователей и снова вскочил на ноги.
Выставив вперед руку с пистолетом и непрерывно ведя огонь по невидимому противнику, он стремился преодолеть остававшиеся до ближайших деревьев несколько десятков метров.
И вновь прогремел выстрел из ружья. На этот раз он пришелся не в землю и не в воздух, а в самого беглеца: тот рухнул словно подкошенный. Но, как видно, ранение было совсем не смертельное: Линев тут же перевернулся на спину и начал обстреливать приближавшегося лейтенанта Семенова. Однако лейтенант не остановился — теперь он бежал, совершая резкие рывки из стороны в сторону.
«Молодец, правильно делает, — думал на бегу Лев. — Три заряда осталось… два… ага, последний остался…».
Как видно, стрелявший тоже умел считать. Продолжая держать руку вытянутой в сторону приближавшегося лейтенанта, он медлил с последним выстрелом.
— Перестаньте глупить, Линев! — крикнул ему Гуров. — Нас трое, а у вас последний патрон, и перезарядить вы в любом случае не успеете. Игра окончена.
— Да, вы правы, черт бы вас побрал, — со злостью произнес банкир и отшвырнул пистолет в сторону.
— Вот, смотрите: я сдаюсь добровольно, хотя еще имел возможность стрелять.
— Да уж, добровольно, ничего не скажешь! — усмехнулся Семенов."
"Они с Гуровым подбежали к лежавшему на земле человеку почти одновременно. Теперь сыщик увидел, куда попал заряд из ружья — в правую ногу ниже колена. Стреляли, по всей видимости, крупной дробью. Но кто же стрелял?
— Эй, кто там, отзовись! — позвал он, повернувшись к лесу.
