— Нельзя, — возразил пилот. — Объект с высокой степенью опасности. Пролет над ним запрещен категорически. Вы скажите, что вам нужно, а я подскажу, как лучше сделать.
— Слушайте, у вас карта есть? Дайте мне ее, я по ней сориентируюсь, а потом скажу вам, куда лететь.
Инспектор, не оглядываясь, протянул свою карту. Она была крупномасштабная, и Гуров легко нашел на ней дорогу, над которой они летели, потом черный двухцветный кубик. Изображение трубы сопровождалось короткой пояснительной надписью.
Теперь несколько восточнее.
Ага, вот и Лыково! Гуров похлопал инспектора по плечу. Тот обернулся, и полковник пальцем провел на карте линию от завода до Лыково. Инспектор кивнул и стал объяснять пилоту, что от него требуется.
— И медленнее, если можно, — попросил Гуров.
Вертолет сбавил скорость. Он тихо плыл чуть в стороне от завода, обходя его с востока. Потом машина выпрямилась и четко встала носом в направлении Лыкова. Гуров смотрел вниз и по сторонам, и через пару минут у него заныла шея. Все оказалось не так просто, как ему представлялось на земле.
Под вертолетом проплывали овражки, балочки, заросшие низкорослым леском и кустарником. Они сменялись относительно ровными луговыми участками, отдельно стоящими деревьями или крохотными рощицами.
Впереди и чуть левее уже показались ангары, и тут Гуров совершенно неожиданно увидел то, что искал.
Он не сдержался и закричал в микрофон, закрепленный возле рта, на скобе наушников:
— Стой! Зависни здесь!
Вертолет развернулся правым боком по курсу. Взревел двигатель, нос машины немного наклонился.
Гуров даже привстал и ухватился за спинку кресла инспектора. Темный участок почвы, лишенный травянистой и кустарниковой растительности, исчез из поля зрения.
— Что случилось, товарищ полковник? — послышался в наушниках голос пилота. — Вы что-то увидели?
— Да, ребята! Смотрите по сторонам. Я только что видел овальный участок без травы. Земля там рыхлая такая."
"— Вот он, — сказал пилот и чуть довернул нос машины на север. — Этот?
Гуров снова увидел то, что искал.
Да, безусловно, это участок перекопанной земли. Или засыпанная яма, над которой не успела вырасти трава. Апрель еще, хотя весна ранняя и теплая. Везде растительность уже полезла, а тут бурая, местами серая подсыхающая земля. Почва здесь песчаная, сухая. Поэтому и грязи нет.
— Ребята, — сказал Гуров в микрофон. — Отметьте, пожалуйста, на карте точное место этого пятна, а то я профан в вопросах ориентирования на местности. Заодно и вон те ангары.
