Томаса тоже изрядно отмыли, побрили, помассировали, судя по порозовевшему цвету лица, расслабленности и благости.
На кровати с правой стороны лежал кружевной пеньюар. Я даже потрогала его, приятная ткань. На левой части кровати — халат типа кимоно, но уже мужской. Служанки, обнаружив спящего лорда, на цыпочках удалились.
А я постояла, размышляя, будить ли мужчину. Или пусть уже спит? По идее, вот такой кратковременный сон, когда внезапно отключился, самый крепкий и самый продуктивный. Наверное, пусть отдыхает мужик.
Пить и есть я не хочу, только выбрались из-за стола. Разговаривать тоже. Об исполнении супружеского долга вообще речь вестись не может. Да, точно, всем спать.
И я выключила освещение, вполне себе электрическое. По крайней мере, провода в стенах и выключатели выглядели мне привычными. А потом забралась под одеяло, обняла подушку, закрыла глаза и…
— Наташа, ты спишь? Наташа, просыпайся. Наташа, уже утро. Наташа, ну ты долго еще собираешься лежать? Наташа, открывай глаза.
Наташа, все съедят без нас.
У меня возникло чувство дежавю, потому что только тот, кто никогда не серфил в интернете, не видел различных вариаций этой картинки с котиками и похожими надписями.
Я с трудом разлепила глаза, и первое, что я увидела… Да-да, нависающую над моим лицом кошачью мордочку.
— Наташа, ты проснулась? — спросила Джинджу. — Наташа, утро уже в разгаре. Сколько можно спать?
Я поморгала. Скосила глаза на задернутое плотными шторами окно. Вот непохоже, что уже хотя бы полдень.
— Это не считается, что ты туда смотришь? Наташа, мы все пропустим!
— Что именно? — проскрипела я, выпростала руку из-под одеяла, сгребла кошку в охапку, подтащила к себе, как самую обычную мурлыку, и перевернулась на бок, уютно устроив ее под подбородок.
Кажется, я сделала что-то не то. Потому что фамильяр Томаса затаилась, притихла, от неожиданности замурлыкала, но тут же перестала. А я почувствовала, что снова засыпаю.
— Наташа, а ты что делаешь?
— Сплю.
И ты спи, — зевнула я и таки да, снова заснула.
Второй раз нас разбудили чьи-то тихие шаги. Я приоткрыла глаз. Мимо кровати к столу у окна тихонечко кралась горничная. Заметив, что я на нее смотрю, девушка застыла, прижав к себе поднос.
Проходной двор, а не спальня.
Я натянула одеяло на голову, оставив на воле только свой нос и голову кошки. И мы продолжили спать.
Ну и наконец, в третий и последний раз мы с кошкой проснулись от грохота.
