Но хоть глаза у нее пусть будут рыжие! И яркий, горячий темперамент.
Наталья Морозова
Мне понадобилась неделя, чтобы принять и осознать, что наш дружный квартет из четырех подруг окончательно распался. Мы дружили столько лет, что и сами толком не помнили, когда зародилась наша банда в том виде, который просуществовал до вчерашней недели.
Первой выпала Варвара. Внезапно и непонятно. Сначала это ее падение, удар головой и почти полгода потери памяти, непонятного поведения, странных реакций. Она нас старательно избегала, но мы втроем, как могли, поддерживали ее.
Потом она почти все вспомнила, снова стала собой, только очень грустной и потерянной. И ни в чем не сознавалась, хотя мы догадывались, что тут замешан мужчина. Но никому из нас и в голову не могло прийти, что этот мужчина — житель иной реальности. И вдруг Варя внезапно исчезла, на звонки не отвечала. Даже не попрощалась с нами. И лишь ее мама позднее, делая неловкие паузы, словно не знала, можно ли это говорить, сообщила, что Варвара[1] скоропалительно вышла замуж и уехала в другую страну.
Ни телефона, ни интернета… Странно все. Зато теперь стало понятно.
Потом Иришка, которая в одиночку воспитывала дочку и пыталась держаться подальше от идиота, бывшего мужа. Тот еще козел. И когда Ира влюбилась, а Поля, сияя, с детской непосредственностью что-то говорила про инопришеленца[2], мы поняли, что наконец-то наша подруга оттаяла и готова к новым чувствам. А потом ее кавалер исчез, Ира грустила и плакала. Но ничего не рассказывала.
Было обидно. Мы все же не один год близко дружили, и вдруг девчонки отмалчиваются. Но мы с уважением отнеслись к их нежеланию делиться. Расскажут, когда будут готовы.
И лишь Лена[3], светлая душа, непосредственная и веселая, нашла в себе храбрость признаться в том невероятном чуде, что с ней случилось. И я ей поверила. Сразу же. Вот как увидела в больнице, куда она угодила с сотрясением мозга, а до этого не отвечала на звонки и сообщения около месяца, так и поверила.
Потому что на ней были странные несовременные вещи, от которых просто фонило инородностью, и фантастические громоздкие драгоценности. Лена совсем не могла носить бижутерию. Она даже золото низкого качества плохо переносила. А тут украшения, явно золотые, и сияющие камни. Не то чтобы я специалист, но что это не искусственные кристаллы или стекло, даже я видела, хотя совершенно равнодушна к ним. Таким цацкам место в музеях."
"Но вот же они, на моей подруге.
