Внуки крестьян и мастеровщины, выслуживших личное дворянство, тихой сапой пробираются на начальственные посты в министерствах, понемногу оттесняя от кормила государства Российского столбовых дворян! Только каста военно-морских офицеров пока и держалась, не допуская в свой круг всякое сиволапое мужичье — а вот в армии и Военном ведомстве уже не редкость выходец из простонародья в обер-офицерских чинах. К чему катимся, милостивые государи?!?
В общем, последнее из сословий Российской империи более всего желало возвращения старых добрых времен — когда и трава была зеленее, и простолюдины почтительней, и жилось не в пример лучше.
Причем мечты эти имели вполне практический окрас, и довольно широко обсуждались в светском обществе, ведь для их воплощения в жизнь всего-то и надо было, что провести в империи давно назревшие реформы. Так сказать, обновить немного обветшавшее и устаревшее здание российской государственности, переустроив оное по самым современным западным образцам — дабы как можно больше верных сынов Отечества могли приносить пользу, посильно участвуя в управлении великой державой вообще, и ее финансовыми потоками в частности.
Одно плохо: не было единства в том, какой именно прогрессивный общественный строй следовало устроить вместо устаревшего самодержавия. Часть дворянства склонялась к конституционной монархии, других манила демократия североамериканского образца, третьим милей всего была прекрасная Франция и ее чудесный политический строй… Зато все мечтатели удивительно дружно предпочитали не думать (и в особенности не размышлять вслух!) о том, кто и каким образом будет убеждать правящего монарха о необходимости соответствующих реформ.
Ведь в своей коронационной речи Его императорское Величество Николай Второй поклялся хранить устои империи в том виде, в коем он восприял их от почившего в бозе отца — а дворянство еще не успело позабыть тяжелую руку Александра Третьего Миротворца…"
"Вообще, странно получалось: сословия разные, а надежды у всех были на диво общие: все хотели лучшей жизни, и при этом опасались, что «завтра будет хуже, чем вчера».
Так вот и встретили подданные Российской империи свой новый, одна тысяча восемьсот девяносто девятый от Рождества Христова год — полные светлых надежд, и при этом готовые к разочарованиям…
[1] Послание Павла к Римлянам 13:1
[2]в Русской православной церкви название группы лиц, служащей при каком-либо одном храме (приходе).
