Сам наследник изволил сосредоточенно вкушать материнское молоко, что ничуть не помешало довольному отцу поугукать Марку Валентиновичу в трубку телефона.
— … конечно, душа моя. Места? Там же, где и в прошлый раз. Что-что? Конечно же видел, душа моя — я как раз подъезжал к «Колизеуму, когда’Сапсан» Его императорского высочества готовился ошвартоваться к причальной мачте… Нет, пока я один.
Опровергая последние слова, на стрельбище пожаловал господин Долгин, определенно пребывавший не в самом лучшем настроении.
Поздоровавшись с Техническим директором, мужчина вяло махнул рукой в ответ на попытки Греве закруглить семейный разговор — усевшись в одно из кресел возле низкого овального столика, Григорий Дмитриевич выложил на него принесенный ежедневник и начал его задумчиво перелистывать.
— Что? Милая, говори чуть громче! А, Маркушенька уже засыпает… Да-да, я обязательно приглашу отобедать у нас Александра Яковлевича и Его императорское высочество — я все помню, милая, будь покойна.
Прямо как на заказ, после этих слов на стрельбище появился и князь Агренев: пребывая в прекрасном расположении духа, он приветливо отсалютовал Валентину Ивановичу зажатой в руке газетой на своем пути к креслу по-соседству с Долгиным. Дабы не мешать их разговору (а точнее, не имея сил прервать общение с любимой Шарлоттой), господин Технический директор сдвинулся в сторонку вместе с телефонным аппаратом, понизил голос и — продолжил изливать в трубку все те милые благоглупости, которые только может сказать пожилой муж своей молодой супруге…
— Как съездилось, командир?
— Вполне.
Реквизит и декорации готовы, люди на местах — так что на следующей неделе можно начинать отыгрывать второй акт драмы. А еще… Смотри.
Приняв и раскрыв чуть помятый экземпляр французской прессы четырехдневной давности, Григорий сдвинул брови, сосредотачиваясь, и начал медленно читать небольшую заметку:
— Так: наш репортер из Ривьеры передал… Конные жандармы обнаружили место трагедии… По всей видимости, шоффэр не справился с управлением, вследствие чего автомотор «Панар-Левассор» на полном ходу пробил ограждение и слетел в обрыв… Гм, тела сильно обгорели, отчего установить их личность представляется… Всех, кто имеет что-то сообщить, просим… Хм!"
"Аккуратно сложив газету, мужчина с постным лицом посочувствовал:
— Бедный граф Воронцов-Дашков.
