Во-вторых, известнейший конструктор Борис Луцкой все свои двигатели проектировал конкретно под нобелевский бензин, что позволяло «Товариществу нефтяного производства братьев Нобель» быть фактическим монополистом на внутреннем рынке Российской империи — и тихой сапой проникать на рынки европейские. Челябинские трактора, топки Людиновских локомобилей и паровики заводских приводов с большим аппетитом «кушали» именно бакинский и грозненский мазут. Начали строить первые ТЭЦ[9]на мазуте — и случае удачи всем участникам-компаньонам этого проекта светили миллионные барыши!.
. Помимо этого, производство судовых двигателей русского типа на соляровом масле (которое прежде выливали и сжигали в ямах как никому не нужное), князь Агренев отдал полностью в руки своего компаньона, и пустил Нобиля в пайщики стремительно разрастающейся сбытовой сети автомобильных и судовых заправок… Нет, с таким компаньоном Эммануилу Людвиговичу ссориться не хотелось.
Да и вообще, в глубине души он лелеял надежду на обычный «эксцесс исполнителя» — хотя Греве с Сониным упорно отрицали свою причастность к переманиванию мастеровых.
— Мне бы хотелось, Александр Яковлевич, услышать ваши объяснения касательно сего недоразумения.
Оружейный магнат понимающе покивал головой, одновременно с этим незаметно нажимая небольшой выступ-кнопку.
— Извольте. В свое время вы рекомендовали мне инженера Антона Карлсунда — надеюсь, вы это помните?"
"Дверь в гостиную бесшумно распахнулась, пропуская очередную скромницу в аозае цвета осенней листвы.
Плавные, словно бы танцующие движения, смущенно-жаркие взгляды и чуть раскрытые в чувственном призыве полные губы — невинная порочность семнадцатилетней Тиен окутала гостя настолько, что он едва не утонул в темных омутах ее карих глаз… С определенным трудом переключив внимание на совершенно невзрачную картонную укладку в ее руках — и пока Нобель приходил в себя после очередного эксклюзивного представления, Александр без особой спешки ее принял, положил перед собой и раскрыл.
— Итак, упомянутый мной инженер был принят, хорошо проявил себя как специалист по двигателям русского типа, и довольно быстро занял должность начальника конструкторского бюро. Неплохой карьерный рост, не правда ли?
Увидев требовательный взгляд хозяина, обрусевший швед неохотно кивнул.
