Проект «Химпрома» остановить не получится, в нем заинтересованы сразу несколько министерств и сам государь-император — так не лучше ли сотрудничать к взаимной пользе?
Пошевелившись в своем кресле, Фридрих Крупп впервые начал говорить не только от своего лица:
— Александэр, многие мои коллеги видят в этом твоем проекте прямую угрозу своим интересам.
— Совершенно зря. Бумаги по «Химпрому» достать не сложно, а в них предельно ясно указано, что будут построены предприятия так называемой базовой химии: производство кислот и щелочей, соды, удобрений и тому подобного.
Никакого сравнения с развитой германской химической промышленностью, и почти никакой конкуренции — русский рынок слишком емкий, и место на нем найдется для всех. Тут уж скорее надо подумать об увеличении благосостояния возможных покупателей: Россия в основном аграрная страна, но львиная доля наших крестьян о приобретении тех же удобрений даже и не мечтает…
Сменив чернильную ручку на гладкий хрустальный бокал, Георг разом его ополовинил, после чего, вытерев платочком аккуратные усы, светским тоном поинтересовался:
— К слову, князь: насколько я знаю, в нашей встрече должен был принимать участие герр Тиссен?
— Хм.
Август проявил некоторую нескромность, пытаясь загодя добиться для себя некоторых преференций — в частности, он весьма настойчиво хотел взять под себя производство турбин, и проявил интерес к Чиатурскому марганцу. Однако, герр Сименс, выбирая между другом и деловым партнером, я всегда выберу первого.
И разумеется, я всегда учитываю интересы своих друзей, потому что партнеров может быть много, а вот друзей мало всегда.
Довольно улыбнувшись, хозяин виллы признательно отсалютовал бокалом светловолосому гостю — о взаимной нелюбви «Пушечного короля Европы» и «Августа Сильного» можно было слагать натуральные поэмы.
— Но «Рейнметалл» не единственная компания, которая может сделать для вас прокатные станы, и…
Услышав, а потом и увидев появление слуги, банкир немедленно умолк.
Меж тем, ливрейный отработанным движением склонился к уху своего работодателя и что-то неслышно доложил, получив в ответ разрешающий жест.
— Александэр, ваш помощник…
Впрочем, в малый Охотничий зал уже зашел мужчина из свиты русского аристократа: торопливым шагом войдя в полукруг, составленный из кресел, он четким жестом протянул своему патрону небольшой листок бумаги — в котором без труда можно было узнать обычный бланк телеграммы-молнии.
