Достав из внутреннего кармана пухлое портмоне, явно думающий о чем-то своем Андре рассеянно отлистнул несколько банкнот подходящего достоинства:
— Да-да, и это тоже. Шарль, вечером будет еще одна важная поездка в Тулон…
— Да, мсье."
"Вообще, в двухэтажной просторной вилле из светлого песчаника кроме братьев-коммерсантов постоянно проживало еще и четверо крепких мужчин с явным военным прошлым, которых он время от времени возил в город. Зачем и по каким надобностям, отставной сержант Иностранного легиона принципиально не интересовался, успев понять, что во многих знаниях еще больше печали.
Платят щедро, делами особо не нагружают, позволяют мелкие вольности с белоснежным стальным «скакуном» — работа мечты! Именно об этом он и мечтал, выходя в отставку, так что в ответ на рапоряжение Фийон уважительно кивнул, быстро убрал в нагрудный карман банкноты и начал освобождать салон фаэтона от корзин с ресторанными деликатесами.
Занося их под черепичную крышу вытянутой террассы, с которой открывался прекрасный вид на море и небольшой причал, Шарль-Франсуа прикинул, что до назначенного времени он вполне успеет заглянуть к одной обитающей неподалеку хорошенькой деревенской «курочке». И не только заглянуть, но и хорошенько ее «потоптать»! Преисполнившись энтузиазма, он так резво стартовал с места, что колеса фаэтона оставили на бугристом камне дорожки отчетливый темный след — уже не увидев, как мсье Андрэ неопределенно качнул головой в ответ на его лихачество, и направился в просторные и сумачные подвалы виллы.
Конкретно в винный погреб, где некогда стояли большие пузатые бочки с недурным винцом пятилетней выдержки… Увы, теперь их место занимала странная помесь лаборатории сумасшедшего алхимика и кабинета делового человека. Грубовато сколоченный стеллаж из неотесаных досок, полки которого были завалены слесарным инструментом — соседствовал с парочкой вполне приличных конторских столов, на которых были разложены какие-то расчеты, фотокарточки и непонятные выкладки.
Сразу после конторок громоздился жестяной умывальник со стареньким зеркалом — а за «мойдодыром» успешно прятался тяжелый бочонок реактора ацетиленовой горелки, вокруг которого вились черными кольцами небрежно смотанные резиновые шланги.
