Редко бывает, что сын устает сосать и требует бутылочку, поэтому с девяностопроцентной уверенностью можно сказать, что мы на грудном вскармливании.
За окном слышится шум мотора и сон как рукой снимает. Илюша захватывает сосок, а я начинаю жалеть о том, что не надела бюстгальтер для кормления. Знаю, что сейчас Андрей пойдет к себе, примет душ, а затем обязательно зайдет к сыну. Он делает так каждый день. Каким бы усталым не приезжал и как сильно не хотелось бы спать.
Сердце учащает удары, когда в коридоре слышатся тяжелые шаги Муратова.
Он, как обычно, без стука открывает дверь детской и, заметив меня с младенцем на диване, внимательно смотрит и проходит по комнате. От его взгляда ползут мурашки по коже. Хочется прикрыть обнаженную грудь и спрятаться, но с недавних пор я поняла одну простую истину: мы с Андреем исключительно родители общего ребёнка и в его взглядах больше не читается сексуальный подтекст. Расстраивает ли это меня? Да, однозначно. Но я благодарна Андрею за всё то, что он делал и продолжает делать для нас.
- Уже искупала? – спрашивает низким голосом Андрей, опускаясь в кресло напротив. Днём я кормлю в нём Илюшу.
- Да, извини. Сегодня у него плохое настроение, поэтому решила пораньше уложить.
Андрей понимающе кивает и трёт переносицу. Можно сказать, что в вопросе воспитания ребёнка у нас полная гармония. Он никогда не имеет претензий ко мне как к матери, а я всецело доверяю ему как отцу.
Илюша выпускает сосок и засыпает, прикрывая глазки. Обычно после кормления его нужно долго носить столбиком, иначе потом он здорово срыгнёт во сне и испачкает одежду и постельное белье.
- Я уложу его, - произносит Андрей, поднимаясь с кресла.
- Хорошо. Я буду у себя.
- Спустишься через полчаса ко мне в кабинет? Поговорить нужно.
Взгляд карих глаз ненавязчиво скользит по моей обнаженной груди, вгоняя меня в краску и заставляя скорее прикрыться.
Я быстро натягиваю бюстгальтер, поправляю майку и спешно поднимаюсь с дивана.
- Да, я зайду.
Полчаса свободного времени провожу в душе, релаксируя и используя многочисленные баночки со скрабами и гелями. Их для меня купила Людмила. Возможно, по просьбе самого Андрея, но это неважно... На целых тридцать минут я полностью отпускаю мысли о сыне. Не боюсь, что он срыгнёт и захлебнется, расплачется или задохнётся… Знаю, что сейчас он в надежных руках.