— Да и подожгли с умом — с разных концов, — констатировала Алиса.
— Поджог? — удивилась Аня.
— Конечно.
— А кто?
— Да местные мужики, конечно.
— Ты думаешь?
— Нас тут не слишком любят.
Светлова, вспомнила избитого Виктором парня.
— И как быстро все сгорело! И дотла! — изумлялась она.
— А кому тут тушить? — сокрушалась Алиса. — Пожарная часть — аж в Кругличе! И вот что значит деревянный дом…
Она махнула рукой и пошла к своей машине.
— Вот так съездил в гости Феликс, — бормотала она. — Хотя, может, и к лучшему, а то еще сгорел бы вместе со своими хоромами!
А Светлова еще задержалась на пепелище.
— Какой ужас! Моя Федуевка! Единственная радость, что у меня была…
Федуев ходил по еще горячим головешкам, с каждой минутой становясь все более похожим на уроженца Сенегала… Лилово-темным. Гарь покрывала его, поднимаясь снизу, от ботинок к лицу.
— Это знак, Феликс Иванович! — сказала Светлова, закрывая носовым платком лицо, чтобы не дышать гарью. Голос получился от этого бубнящим, глухим.
— Не голос — почти глас.
— Знак?
— Да, знак. Указующий перст. Намек судьбы. Солгали и поклялись: сказали «чтоб я сгорел!» И вот, пожалуйста.
— Да бросьте чушь нести!
— Не следует лгать, когда речь идет о жизни и смерти человека, — не унималась Светлова. — Придется вам быть со мной пооткровеннее.
— Чушь… С языка сорвалось… Совпадение!
— Признайтесь, однако, что вы все-таки назначали прошлым летом журналисту Селиверстову встречу у себя дома.
— Ах, отстаньте!
— Признайтесь. Подпишите показания, — Светлова кивнула на головешки:
— А потом уж, с чистой совестью, будете снова зарабатывать на новую Федуевку.
— Да не хочу я давать никакие показания!
— А ведь придется.
— Вы просто идиотка, — обессиленно прошептал Федуев. — Невменяемая идиотка! Что вы в самом деле ко мне привязались? Не женщина, а банный лист…
Вот приклеилась! Я не знаю такого журналиста! Я не договаривался ни с каким Селиверстовым о встрече и слышать никогда не слышал такого имени! Верите вы или нет? Зачем мне вам врать? Ну, что мне уже больше терять? И чего мне еще бояться? Конфискация имущества и так уже произошла!
Поддавая ногой головешки и поднимая черные облака пепла, он уходил к своей машине.
А Светлова только растерянно смотрела Феликсу Ивановичу вслед.
Кажется, то, что он говорил, было правдой…
— Вы лучше со своей подружкой поговорите, — оглянулся вдруг Федуев. — Вот уж кто баба не промах! В буквальном смысле слова. Сначала подстрелит мужика, потом лечит.
