Ведь если ты хлюпик, то в Нигерии тебе высоко не взлететь. Это не Европа, здесь действуют другие законы. Как говорят в этой стране: у кого сила, у того и правда.
Найти Мазура и сбежавшую Ольгу Сытину (особенно последнюю) было делом весьма прибыльным для полевого командира Амаду Огиссе. Он был очень рад, что именно ему поручили эти поиски. Ненавидя теперешнее правительство больше всего на свете (люди президента убили двух его братьев), он ни минуты не раздумывал, когда ему предложили вступить в число повстанцев.
Это было всего два года назад. Обладая врожденной харизмой, он быстро выбился в лидеры. Не имея за плечами военного образования (в прошлом банальный тунеядец), он был выгодной кандидатурой для повстанческой армии. Амаду руководил созданием армии подростков и в предельно короткий срок обучал их быть первоклассными зомби. Одним из таких зомби был его младший 15-летний брат. Командир не делал для него никаких поблажек и вскоре воспитал из него, как и из остальных, зверя. Эти кровожадные детишки могли сделать все, что угодно.
Огиссе понимал, что в Лагосе можно разбогатеть только на войне. А кто имеет деньги – тот имеет власть. Эту простую истину Амаду усвоил давно.
После удачного нападения на легионеров вместе со своими кровожадными зверенышами командир был уверен и в дальнейших успехах. Это его удачное дельце по достоинству оценил сам Онигминде. У них состоялся разговор, и глава повстанцев лично поблагодарил Огиссе за удачно проведенную боевую операцию.
Опять же, похвала Онигминде – вещь не лишняя. Она, несомненно, прибавит авторитета в глазах подчиненных и пополнит карман. К тому же полевой командир прекрасно знал: чтобы пробиться наверх, недостаточно просто исполнять приказы вышестоящего начальства. Надо исполнять их лучше всех. А уж свое счастье Амаду у судьбы зубами вырвет.
– Каковы мальчишки, а? Настоящие монстры! Моя гордость! – с одержимостью в глазах сказал он пилоту. – Ты видел, на что они способны? Тебе до них еще далеко.
Он обвел взглядом своих «героев».
– Веселей, ребята! Нам предстоит забавное дельце, и вы должны его выполнить с честью. Согласны?
– Так точно, командир! – нестройным хором отозвались подчиненные.
При всем желании, как ни разглядывай этих дегенератов, в их глазах нельзя было увидеть ни капли жалости или разума. В лучшем случае – хитрость. Эта черта вместе с жестокостью и исполнительностью и была тем, что от них требовалось. Большего и не было нужно.
