А из одежды – это все что у меня осталось приличного! – испуганно говорил безработный.
– Ну почему же, – несмотря на свою занятость, нашел время сострить полевой командир. – Выглядишь ты великолепно, просто красавец. Ладно, валяй, выкладывай, что там у тебя.
«Красавец» жалостно взглянул на военного и продолжил:
– Я видел, как двое белых, мужчина и женщина, отплыли куда-то на катере…
– Куда? – оживился полевой командир и тут же достал мобильный телефон, чтобы связаться с Онигминде и Сытиным.
– Я специально дождался, чтобы посмотреть! – почувствовав интерес к своему рассказу, безработный так и сыпал словами.
– Они около часа назад сели в небольшой катер с соседнего пирса! Пару километров отсюда, и растворились вдалеке по прямой линии!
Визитер выложил все свои наблюдения и попросил:
– Дайте мне немного денег! Мне негде жить…
– Зачем тебе деньги? Ты теперь хозяин этого жилья! Вот только провизию мы заберем и оружие, а остальное твое! Все это твое. Живи, пользуйся, – показал командир малолеток на догоравшие руины и снова набрал номер.
Глава 18
Роберто Саганипожу, как и каждый уважающий себя нигерийский чиновник, любил не просто закусить, а поесть хорошо. На время обеда он обычно отключал телефоны, чтобы никакая плохая новость не могла помешать правильно усваивать пищу. Пищеварение – процесс ответственный, и испортить его какой-нибудь несвоевременной, тревожной новостью – проще простого. А хорошее питание – залог здоровья, об этом в Нигерии известно даже собакам.
Так было и сегодня. Закончив дела, замминистра спустился в ресторанчик, расположенный на первом этаже Министерства внутренних дел.
– Что будете заказывать, господин Саганипожу? – угодливо улыбался официант.
– Подбери-ка ты мне, братец, что-нибудь из моего… любимого. Ну, ты знаешь, – сказал, усаживаясь за столик, чиновник.
– Слушаюсь, – прошелестел служитель калорийного заведения и в тот же момент неслышно испарился.
Роберто, отдуваясь, неспешно огляделся по сторонам.
В зале, где негромко играла музыка, кроме него, почти никого не было, лишь три-четыре человека сидели чуть дальше. «Попрятались, крысы! – фыркнул замминистра в праведном возмущении. – От страха перед мятежниками последний ум потеряли»."
"Говоря по правде, Роберто с огромным удовольствием спрятался бы сам где-нибудь в безопасном месте. А лучше всего, в другой стране. Тем более что кое-какие сбережения у него имелись на черный день.
