В служебном помещении, где на мониторах контролировалась вся территория, находился человек, который ставил в известность всех служащих о приезде владельца. Несколько часов затишья и безделья, похоже, закончились. В обзор камеры наблюдения, установленной у ворот, угодил подъезжающий эскорт. Джип подъехал к внушительным, сделанным из прочного металла воротам и, остановившись, мигнул фарами. Двое полицейских на мотоциклах, доставив бронированное авто до места назначения, приостановились. Они отдали честь и, синхронно развернувшись, отправились назад.
– Хозяин приехал! Всем по местам! – Человек у монитора с помощью громкой связи поставил в известность служащих. Ворота открылись. По мраморным плитам бронированная машина подъехала туда, где вооруженные до зубов охранники с собаками встречали своего хозяина. Джип въехал в подземный гараж огромного, хорошо охраняемого особняка Сытина.
В гараже двое крепких парней открыли двери джипа и провели владельца и его компаньона к лифту.
Там также стоял безмолвный, бульдожьего вида охранник. В гостиной приезжих ожидали несколько слуг.
– Какие будут указания, сэр? – спросил один из них.
– Принесите ко мне в комнату фрукты и что-нибудь из вин, – распорядился владелец.
Он уже был навеселе от выпитого и, усмехаясь, наклонился к Краевскому:
– Пойдем в мою комнату, там поговорим о деле с глазу на глаз. На бардак не обращай внимания. Я не люблю, когда кто-то из служащих прикасается к моим личным вещам, а сам убрать еще не успел.
Сытин и Краевский поднялись по лестнице и вошли в комнату, где царил беспорядок, какой обычно бывает при переезде. Разбросанные вещи, скомканная одежда…
– Подожди немного, я переоденусь, – сказал, отдуваясь, Сытин. – Что-то я совсем мокрый как мышь.
Он подошел к шкафу и принялся рыться в нем, выбирая одежду.
Краевский, позевывая, подошел к столу и обратил внимание на оставленную записку.
– Здесь тебе что-то написала дочь, – всматриваясь в содержание, сказал он.
– Да? Хм… Прочти мне, что там она снова надумала! Наверняка захотела отдохнуть или попутешествовать! – попросил своего гостя владелец, переодевая рубашку.
Краевский взял небольшой листок бумаги со стола и, подойдя поближе к окну, принялся читать:
– «Папа, я больше не могу всего этого выносить! Ты, как паук, стравливаешь людей, а потом…»
– Хватит! Дай мне записку! – прервал его Сытин и быстро подошел к нему за листком бумаги.
