Из динамиков магнитофона зазвучала ритмичная музыка, приятным голосом запел популярный сейчас в СССР французский певец. Лена схватила меня за руку и повела танцевать.
После часа танцев папа объявил перерыв — он позвал нас за стол, чтобы «восстановить силы». Пусть не все охотно, но мы откликнулись на его призыв. Я заметил, как мама носовым платком стёрла со своего лба влагу. Подумал: эта новогодняя ночь запомнится мне не только тем, что я провёл её не в СИЗО, и что я во время медленных танцев целовался с Котовой. Но и тем, что я полюбовался на танцы моих родителей.
Сейчас я даже не вспомнил, когда видел такое в прошлой жизни. А «тогда» после ареста Кирилла мама точно не танцевала и почти не улыбалась. За столом я не засиделся — позвал Лену «подышать воздухом». Но повёл Котову не на крыльцо, а в прихожую. Где вручил ей маленькую коробку: тот самый «заказ», который Илье Владимировичу передали из Москвы.
Поцеловал Лену.
— Это тоже тебе, — сказал я. — С Новым годом.
— Что это?
Лена вынула из коробки красный подарочный футляр, отбросила его крышку — в тусклом свете электрической лампы блеснули мелкие тёмно-красные рубины.
— Серёжа…
— Здесь серьги, кольцо и подвеска на цепочку, — сказал я. — Не такой роскошный гарнитур, в каком ты была на свадебном юбилее у Прохоровых. Но он тоже подходит к твоему новому платью. И к моему галстуку.
Лена не отводила взгляда от рубинов (которые ей словно игриво подмигивали). Помотала головой.
— Нет. Серёжа, я не могу…
— Можешь, — сказал я. — Скоро мы пойдём в театр.
Через пару недель. И пообщаемся там с Высоцким. Понимаешь? Как ты появишься в Москве перед Владимиром Семёновичем в новом платье, но без новых серёжек?
Лена вздохнула. Вынула из коробки золотую подвеску с красным камнем.
Взглянула на меня и спросила:
— А можно, я покажу её Наташке?
И тут же заверила:
— Твои родители не увидят.
— Покажи.
Лена сжала подвеску в кулаке, поцеловала меня в губы. Обронила «я быстро» и поспешила в гостиную.
Вернулась она, действительно, очень скоро, словно развернулась прямо за порогом.
Я заметил во взгляде Котовой удивление.
Спросил:
— Что случилось?
Лена осторожно прикрыла дверь и сообщила:
— Они целуются.
— Родители? — уточнил я.
Котова покачала головой.
— Нет, твои папа и мама в другой комнате, рядом с телевизором… наверное. Кир и Наташа целуются. Около печки.
Она показала на дверь, улыбнулась.
И тут же заявила:
— Вот видишь, Сергей, в их случае Поступок не понадобился.
А я подумал: «Как интересно.
