Не подозревал в преступных намерениях я и игравших сейчас в домино мужчин (но не выпускал их из поля своего зрения — на всякий случай). За час до предполагаемого времени убийства я заметил шагавшего через двор человека. Невольно вскинул от удивления брови. Потому что узнал своего младшего брата.
Кирилл шагал через двор неторопливо и словно нехотя. Смотрел себе под ноги — не по сторонам. Выглядел задумчивым и печальным. Он шёл к Тороповым. Я в этом убедился, когда Кирилл вошёл в первый подъезд.
— Как интересно, — произнёс я.
И тихо спросил:
— Каким ветром тебя сюда занесло, малой?
Спросил я сам у себя. Потому что Кирилл меня, наверняка, не услышал. Мой младший брат сейчас уже поднимался по ступеням лестничных пролётов к квартире родителей Наташи Тороповой.
* * *В подъезде, где находилась квартира Тороповых, мой младший брат пробыл тридцать семь минут (время я засёк по своим наручным часам). На улицу Кирилл вышел хмурый. Он нервно покусывал нижнюю губу. Прятал руки в оттопыренных карманах брюк.
Меня Кир заметил не сразу. А лишь когда я его окликнул (с ветвей абрикоса, что рос около первого подъезда, вспорхнула стая испуганных звуками моего голоса и отчаянно чирикавших воробьёв). Кирилл обернулся, отыскал меня взглядом. Я прочёл удивление в его взгляде. Заметил, как Кирилл неуверенно улыбнулся. Переступил бордюр, шагнул на заасфальтированную дорожку, подошёл к брату.
Пробежался взглядом по его одежде. Заметил на боку белой футболки Кира бурое пятно: размером примерно с пятикопеечную монету.
Там же, где оно было и «тогда». Пятно крови. Свежее.
— Серый? — сказал Кирилл. — Как ты здесь оказался?
Кир пристально посмотрел мне в глаза. Он не вынул из карманов руки. Я отметил, что Кирилл не прятал взгляд. Мой младший брат выглядел удивлённым, слегка смущённым. Но не испуганным.
— Лена попросила меня заглянуть к Тороповым, — ответил я. — Ну а ты-то, малой, здесь что делаешь? Или ты забыл, о чём мы с тобой договорились?
Глава 21
Росший около подъезда Тороповых абрикос давно отцвёл, покрылся зелёной листвой.
Он сейчас скрывал от меня два окна второго этажа, из которых доносилась бодрая музыка, и где голос диктора телевидения зачитывал новости. В эти звуки радио и телевидения вплеталось чириканье прятавшихся в листве абрикоса птиц и звучавшие на детской площадке звонкие голоса.
Я отметил, что за такой какофонией вряд ли кто-то из собравшихся во дворе людей услышал бы раздавшиеся на четвёртом этаже в квартире Тороповых крики.
