- Может лихого человека бояться и не надо, - не стал спорить парень. – А вот какой зверь может и подойти к крыльцу.
Я покосился на Нечаеву, опасаясь, что она испугается. Но девушка не проявила страха.
- А если кто-то из призраков придет… - начала она и взглянула на меня, - то нас защитит некромант.
- С топором наперевес ты бы точно смог покорить девушку, - вздохнула Виноградова и покачала головой. – Такой шанс упускаешь, Павел.
- Значит, займешь гостиную, - обратился я к Фоме. – Диван вроде не особо жесткий.
- Бросьте. Мне доводилось спать на полу в стылых сенях и на земле в лесочке. А тут целый диван с подушками. Мы с Любовью Федоровной телевизор смотреть будем, пока меня сон не смотрит.
При упоминании таких планов, Виноградова аж просияла:
– Я принесу постельное белье, - мигом произнесла она и шагнула сквозь стену. Вернулась призрак через несколько минут. Перед ней реяла стопка чистого белья, поверх которого лежал клетчатый плед.
Я только покачал головой, но спорить не стал. Проводил Нечаеву к ее комнате, остановился у двери, у которой уже стоял чемодан с ее вещами.
– Доброй ночи, Арина Родионовна, - произнес на прощание и подумал, что между нашими комнатами будет лишь небольшой коридор.
– Доброй, Павел Филиппович, - ответила девушка. Задержалась у двери на несколько секунд, а затем толкнула створку и исчезла в спальне.
Я же направился вниз. По пути снял с крючка на стене зеленую куртку с капюшоном, которую набросил поверх пиджака.
Снаружи было свежо. Я прошелся до калитки.
Распахнул ее и вышел на дорогу. Где-то далеко виднелись огни резиденции и еще пара домов светились окнами. Я догадался, что одним из особняков была вотчина кустодиев, а другой, скорее всего, принадлежал князю Шуйскому.
Я запрокинул голову у небу и застыл, любуясь мириадами звезд. В городе нельзя было увидеть подобной красоты, и я невольно улыбнулся. Собственная жизнь вдруг показалась суетной и вроде как даже нелепой. Подумать только, существует множество миров, о которых я практически ничего не знаю.
Есть те, кто путешествует по ним, как пассажир поезда. Вспомнилась чайка, которую я увидел ночью с моста. Птица прорвалась из другой реальности. Но тогда я решил, что это иллюзия и шутки моего утомленного мозга. А сейчас все выглядело иначе.
Внезапно тонкий хруст заставил меня развернуться. На дороге стоял олень. Зверь застыл, словно это я застиг его врасплох. Он качнул ветвистыми рогами и соскочил с дороги одним мощным прыжком.
