– Доверьте этот вопрос Софье Яковлевне и уверяю вас, все субботы и воскресенья до конца года буду забиты встречами с претендентками.
- Не надо мне такого счастья, - поспешно ответил мужчина и трижды сплюнул через плечо.
- Вы не хотите завести семью?
- Давайте начистоту, мастер Чехов. Я ведь понимаю, что только по милости Александра Васильевича я приобрел титул. А на деле я как был приютским так им и останусь. Мне не дадут об этом забыть. Пусть в глаза никто и не скажет плохого.
- Ваша правда, - не стал спорить я.
Зимин усмехнулся и продолжил:
- И для любой девицы я останусь плохой партией. Стать моей спутницей согласится претендентка, с надеждой получить титул или обеспечение. И в том и другом случае это не будет ей по сердцу. Зачем мне такое счастье? Стать для кого-то обузой я не хочу. Пусть я и неказистый с виду и душа у меня не самая светлая, но даже такому, как я хочется простого человеческого счастья. Или ничего. Знаете, мне ведь и впрямь уже привычно по вечерам сидеть у камина да читать книгу.
А если на колени кот запрыгнет, так и вовсе жизнь кажется хорошей. Это лучше, чем вынуждать кого-то терпеть себя и неволить."
"- Будет сложно оставаться одиноким при вашем новом статусе, - засомневался я.
- Это потому что я красивый, – ощерился Стас, и я невольно отшатнулся.
Здоровяк беззлобно ухмыльнулся.
- Хорошо, что я не так молод и знатен, как вы или Шуйский. Вот уж кому не позавидуешь, так это ему.
- Отчего же? – насторожился я.
- Вряд ли ему позволят выбирать себе супругу. Подумайте сами: Дмитрий - бастард самого Василия Шуйского.
То есть он незаконнорожденный, хоть и получивший фамилию по завещанию отца. И если князь возьмет себе женой такую же, то высокое общество не примет подобный брак. Они простят одного недостаточно чистокровного в паре, но сразу двоих – ни за что. Чтобы титул перешел детям двух недостойных – не бывать этому.
Я нахмурился, размышляя о том, сколько истины в словах кустодия. И вынужден был признать, что он дело говорит.
- К слову, Дмитрий оказался хорошим парнем, - продолжил Зимин, вероятно заметив, как я помрачнел.
– Я отчего-то думал, что он не захочет марать руки. Был уверен, что парень начнет фыркать и нос воротить. А когда мы прибыли в город, князь меня удивил. Не стал бежать от драки в питейном заведении. Бился молча и засучив рукава. И на его счету немало разбитых носов.
Кустодий произнес последнюю фразу с искренним уважением.
- И когда ему двинули в ответ, не стал визжать или грозить жандармерией.
