Довольный маг обвел синим карандашом очертания амулета, практически наложившиеся на первый контур, и приготовил зеленый грифель для третьей попытки.
Элька встала на еще не истоптанный угол карты, снова зажмурилась и развлечения ради закружилась, бормоча забавную считалочку, сымпровизированную по мотивам нетленки Л. Филатова, читаной-перечитаной в подростковом возрасте не меньшее количество раз, чем булгаковский «Мастер и Маргарита» :
Колдуй, бабка, колдуй, дед,Трое сбоку, ваших нет.Туз бубновый, гроб сосновый,Ты про Дрэя дай ответ.
– Мадемуазель! – Панический крик Лукаса положил конец невинной забаве.
– Что? – укоризненно спросила Элька, остановившись и открыв глаза.
– Я же просил вас не пользоваться стандартными заклинаниями! – укоризненно вздохнул маг. – Вы же знаете, что хаотическая магия непредсказуемо искажает любые четкие ритмические рисунки чар! Последствия могут быть ужасны! Когда же вы это поймете, мадемуазель! Нельзя же быть настолько легкомысленной!
– Да понимаю я все, – обиженно надула губки девушка.
– Ну чего ты заладил: «непредсказуемые последствия, да непредсказуемые последствия» ! Я ж не заклинания вовсе, а просто стишок шуточный читала. Скучно же с закрытыми глазами по комнате бродить, если только не в «Водяного» играешь!
– Шуточный стишок не вызвал бы столь сильного колебания магического фона, – печально вздохнул мосье Д’Агар. – Вы обладаете просто немереной силой, Элька, и должны быть предельно осторожны со словами, в которые вкладываете настроение.
– Что же мне теперь, и стихи не почитать? – огорчилась девушка, искренне любившая хорошую поэзию.
– Стихи можно, но только просто стихи, – великодушно разрешил Лукас. – Вы, мадемуазель, к счастью, не относитесь к категории магов-менестрелей, в устах которых музыка и поэзия становятся мощным источником чар. Но если вы произносите что-то, что даже в шутку считаете заклинанием, то стихийная сила вашей магии может высвободиться, отреагировав на настроение. Как и произошло сейчас.
– А что произошло-то? – немножко виновато уточнила Элька, опустив взгляд.
– Не знаю, – честно признался маг. – Но в пространство ушел мощный магический импульс.
– Ушел и ушел, – отмахнулась девушка. – Здесь-то все в порядке, ничего даже не разбилось, чего же ты нервничаешь?
– Я всегда нервничаю, когда сталкиваюсь с опасными магическими явлениями, которые не могу контролировать, – пояснил маг, обмахиваясь кружевным платочком, извлеченным из кармана камзола. – А с вами, мадемуазель, я вовсе скоро поседею.
