Светлая овальная зала с большими окнами, занавешенными бледно-лимонным тюлем, стены выложены шестигранными плитками желтоватого камня с охристыми прожилками, на полу паркет из светлых пород дерева, у стен несколько мягких скамеечек, а посередине помещения обычное ростовое зеркало. Овальное, в простой кованой раме из тускло-желтого металла без всяких украшений, накрытое какой-то полупрозрачной тканью.
– Зеркало Истинного Зрения, – почтительно пояснил гостье Шарль, взмахнув рукой в направлении предмета.
– Что оно делает? – тут же вместо высоких фраз потребовала конкретного ответа практичная девушка.
– Одна его сторона отражает истинный облик и характер человека, каким бы он ни был, – честно ответил король, почему-то вздохнув. – А вторая показывает то, каким человек был в прошлом, в другой жизни или жизнях. Но магия зеркала имеет ограничение, к добру ли к худу, но в нем можно увидеть только собственное отражение.
– Оригинальная защита от злоупотребления! Здорово! – восхитилась Элька и тут же решительно попросила.
– Я могу посмотреть?
– Конечно, для этого я вас сюда и привел, госпожа, – кивнул Шарль и, первым пройдя к волшебному зеркалу, снял занавес.
Пока король самостоятельно примащивал то и дело соскальзывающий материал на скамеечке у стены, Элька спросила:
– А почему вашему Авандусу зеркала не по вкусу? Свое лысое отражение глаза колет? Так пусть стилиста-имиджмейкера заведет. Кстати, он от природы такой или ему по сану положено с головой-коленкой ходить?
– Бритая голова – символ высшего ранга архижреца, знак близости к богу, – пояснил Шарль.
– Считается, если человек рано лысеет, на нем благословение Доримана.
– На мой взгляд, еще более слабое утешение, чем обещание взамен сильной потенции, как в моем мире, – задумчиво констатировала девушка, представляя своих знакомых с головами, лишенными шевелюр. Получалось весьма печальное зрелище.
– Зеркало Истинного Зрения архижрец не любит, – продолжил юноша, методично продолжая складывать покров. – Он говорит, что для познания истины магические предметы ни к чему, достаточно божественного откровения, снисходящего на жрецов во время молитв.
Только так и пристало постигать мир настоящему праведнику."
"– Как же в таком случае он ваш артефакт до сих пор не раскокал и в каком-нибудь подвале не сгноил? – удивилась Элька, посчитавшая архижреца хоть и весьма неприятным, но энергичным и деятельным на вид субъектом.
– Зеркало невозможно разбить: как ни старайся, оно само выбирает место, где должно находиться.
