Даже сам Авандус, если пронюхает, возражать или карать хранителя Мануа не станет, не посмеет пойти поперек воли Совета богов. К тому же кушать хотелось просто отчаянно!
– Что ж, воля гостя – закон, – благостно признал жрец, сцепив на животике пальцы, пухлые, как те сардельки из корзины мага. – И во имя высшего призвания готов я нарушить свой пост, разделив с тобою трапезу и беседу.
Щелчком пальцев убрав жалкий ужин Форо, Лукас сноровисто сервировал стол аппетитным содержимым своей корзины. Толстяк неожиданно проворно вскочил со своего кресла и пересел на один из массивных коротконогих табуретов с мягкими подушками на сиденье, предложив магу занять второй.
И под прекрасное вино и вкуснейшую пищу, загодя выпрошенную предусмотрительным Лукасом у самобранки, потекла содержательная застольная беседа. Ведя разговор, мосье убедился в том, что лорд Дрэй говорил правду, толстяк жрец не был дураком, он живо схватывал все то, что счел нужным поведать посланец, задавал резонные вопросы, внимательно выслушивал ответы и снова спрашивал.
Карие глазки Форо горели неподдельным интересом, и не только к накрытому столу. Он жаждал знаний не меньше, чем пищи, и ясно понимал, что истина часто совсем не то, что ты хочешь слышать.
Когда на столе остались лишь крошки и косточки, жрец-покровитель Мануа ублаготворенно вздохнул, аккуратно вытирая салфеткой жирные пальцы, и прочувствованно сказал:
– Я верю тебе, посланец, душа моя хочет верить тому, что ты говоришь, ибо болит за народ Дорим-Аверона, но ты требуешь от меня немалого мужества для рискованного деяния.
– Это так, – честно согласился маг, понимая, что время лукавства вышло.
– Я согласен, но ставлю одно условие, – решительно выдохнул Форо, вздрогнув всеми своими телесами.
– Какое? – ничуть не удивился этому вполне человеческому повороту разговора Лукас, ожидавший, что толстяк, до безумия боящийся Авандуса, сейчас начнет вытребовать гарантии собственной безопасности.
– Покажи мне забытый храм, ведь это тебе по силам! Можешь? Я хочу быть первым жрецом, увидевшим его величие! – попросил Форо, пылая искренним религиозным рвением.
– Пойдем. – Вот теперь мосье Д’Агар, редко сталкивающийся с благородством людской натуры, удивился по-настоящему. – Возьми меня за руку.
Жрец, не мешкая, схватился за рукав камзола мага. Лукас нажал на перстень, и вот уже посетители вступили в подземный храм драконов.
