Мужчина ласково провел по свалявшимся в ком темным волосам жены, поцеловал натертое кандалами тонкое запястье любимой и прошептал ей на ушко:
– Ты прекрасна, ненаглядная моя!
– Все такой же сердцеед, – улыбнулась женщина, смутившись, ее рука скользнула по осунувшемуся лицу Поля.
– Смотри внимательнее, запоминай, как себя нужно вести влюбленным, чтобы выжать слезу из черствых масс, – наставительно велела Элька вору.
А супруги так и стояли рядом, пока прибывший на сей раз вовремя Лукас не забрал пару с собой в горы, велев мимоходом Рэнду остаться и подождать его в тюрьме.
– Ну что, – отбросив романтическое настроение, Элька быстро оценила внешность оборотней. – Мирей нужно будет только иллюзию радужности на глаза навести и выпачкаться, а тебе, Рэнд, все-таки придется красить голову. Волосы-то у Поля как вороново крыло.
– Ну и что? – принялся изворачиваться Рэнд. – Может, я полинял в тюрьме или поседел от горя? Они же из Мануа, Элька, ты глянь по карте, где это! Экая даль! Да никакой фанатик оттуда на День Сошествия Доримана в столицу и не потащится! А если и прибредет, станет, что ли, признаваться, что с оборотнями знаком был? Сразу на допрос потащат!
– А Ищущие, которые их схватили? – подкинула каверзный вопрос девушка.
– Если Гала – так хоть налысо брей и в любой колер крась в целях конспирации, а твою бесценную шевелюру не тронь, пусть хоть весь Дорим-Аверон огнем горит?
– Гал что с волосами, что без все равно красивый, ему все идет, сама говорила, – попробовал отбрехаться Фин, подбирая свой безнадежно испорченный жилет и перепачканную куртку, на которые усаживал заключенных, не стоящих на ногах от дурмана или истощения.
– А тебе тоже другой цвет волос пойдет, – подбодрила приятеля Элька. – Темнота шевелюры оттенит дивный цвет глаз.
– Ты думаешь? – возгордился Рэнд, вздернув нос.
– Нет, конечно, иду на стратегическую хитрость, чтобы заставить тебя перекраситься, – рассмеялась Элька.
– Могла бы и соврать, – обиженно пробурчал вор, но, не выдержав, широко ухмыльнулся.
Глава 12
Реквизит и раздача маленьких ролей
Пока Элька развлекала разговором о принудительной покраске Рэнда, оставшегося единственным бодрствующим и трезвым субъектом на всем третьем подземном этаже тюрьмы, Лукас доставил Поля и Карин в горное убежище оборотней. Он передал их с рук на руки хлопочущим сородичам и быстро разыскал Дрэя, чтобы переброситься с ним парой слов:
– Все драконы из застенков Дорима освобождены. Клетки опустели. Мы сдержали свое слово.
