— Но знаете, а я ведь могу сказать, что произойдет лично с вами, — разволновавшись, Василиса даже хлопнула в ладоши. — И даже могу вас уберечь от ошибки! Вот! Я расскажу вам о Расколотом Замке!
— Нет-нет-нет! — громко запротестовал Эфларус, и девочка осеклась. — Я же тебе говорил: ты мне сейчас скажешь нечто, что может сильно изменить мое будущее, а это нежелательно!
— Но я же дала вам подсказку о ста часах!
— Это совсем другое дело. — Лицо Эфларуса сделалось очень строгим. — А теперь вернемся к делу, Василиса Огнева.
Вскоре состоится первое рождение Алого Цветка папоротника, и ты сможешь увидеть часть обряда. Я покажу тебе предназначение ЧерноКлюча — ты ведь сейчас двигаешься по его временной ветке, смотришь его прошлое. Ключ сам расскажет тебе, что должно… Запомни, главное — не прикасайся ни к одному из ключников. — Он кивнул на неподвижные фигуры вокруг. — Ты можешь повредить себе намного больше, чем только способна представить! Стой тихо… Не вмешивайся, что бы ни случилось. Будь наблюдателем. — Эфларус говорил тихо и четко, разделяя фразы короткими паузами.
— А теперь — прощай.
Вернулось время; фигуры мальчишек в серых балахонах ожили и задвигались с бешеной скоростью, как будто Василиса смотрела кино на быстрой перемотке. Девочка догадалась, что Эфларус перемещает ее по временной ветке ЧерноКлюча немного вперед. Словно во сне, она видела, как из земли показался тонкий побег растения с небольшим бутоном посередине, как из него распустилась огромная алая чаша цветка — точь-в-точь такого же, как на статуе в замке Змиулан… Лепестки его раскрылись и затрепыхали, будто покачиваясь на сильном ветру.
В то же мгновение сверкнул синими огнями Стальной Зубок в руках одного из ключников. Стебель в одно мгновение был перерезан, и чаша Алого Цветка упала на землю.
Василиса с интересом разглядывала мальчишку: первым черным ключником оказался простой парень, на вид даже немного глуповатый… Может, так казалось из-за его зубов, выступающих вперед, и очень больших ушей. И шевелюра у мальчишки была забавной: лохматая-прелохматая, словно он никогда в жизни не расчесывался.
"
"Но только она успела об этом подумать, как черный ключник сильно пошатнулся. По всему было видно, что ему стало плохо: мальчишку повело в сторону, он нелепо взмахнул руками, словно пытаясь ухватиться за что-то невидимое, но, ослабев, упал навзничь, широко раскинув руки. Не понимая, что делает, Василиса кинулась к нему и попыталась забрать часовой кинжал, но мальчик держал его мертвой хваткой.
