К тому моменту, когда наши глаза снова встретились, мое дыхание участилось, и я осознала, что между нами не так уж много одежд. Возможно, показаться Адриану в таком виде не так уж безопасно.
– Частица рая? – спросила я.
Адриан медленно покачал головой.
– Нет. Другого места. Того, в котором я буду гореть за то, что подумал то, что сейчас думаю."
"Он снова шагнул ко мне и выпустил мои руки. Его руки легли мне на талию, и я заметила, что не только мое дыхание участилось. Адриан привлек меня к себе, и наши тела соприкоснулись.
Мир превратился в жар и электричество, наполнился напряжением, и от взрыва нас отделяла всего одна искра. Я снова балансировала на краю обрыва, а заниматься этим на каблуках непросто.
Я обняла Адриана за шею, и на этот раз я притянула его к себе.
– Черт! – вырвалось у него.
– Что? – переспросила я, не отрывая от него глаз.
Адриан провел руками по моим бедрам.
– Мне не полагается целовать тебя.
– Ничего страшного.
– Что, правда?
– Ничего страшного, если я сама тебя целую.
Удивить Адриана Ивашкова нелегко, но мне это удалось, когда я притянула его к себе. Я поцеловала его, и какое-то мгновение он был настолько ошеломлен, что даже не ответил. Но длилось это не более секунды. А потом к нему вернулся его пыл, который я так хорошо знала. Он отодвинул меня назад и приподнял так, что я очутилась сидящей на столе. Скатерть поехала, уронив несколько бокалов. Судя по дребезгу, фарфоровая тарелка грохнулась на пол и разбилась.
Свойственные мне логика и здравый смысл испарились. Остались лишь огонь и плоть, и я не собиралась лгать себе – во всяком случае, не этой ночью. Я хотела его. Я выгнула спину, прекрасно осознавая, какой уязвимой становлюсь при этом, и отдавая ему инициативу. Адриан принял ее и уложил меня на стол, а сам оказался сверху. Сокрушительный поцелуй переместился с губ на заднюю часть шеи. Адриан сдернул вниз край платья и лямку бюстгальтера, и у его губ появилось новое пространство для завоевания.
Бокал свалился на пол и разбился. Вскоре за ним последовал другой. Адриан перестал целовать меня, и я открыла глаза.
– Стол, – сказал он. – Чертов стол!
Несколько мгновений спустя стол исчез. Я была в квартире Адриана, на его кровати, и радовалась, что подо мной больше нету столового серебра. Когда наше местонахождение изменилось окончательно, его губы снова отыскали мои. Жадность, с которой я ответила на поцелуй, удивила даже меня саму.
