Но в них не имелось ни оглавлений, ни индексов, а прочесть их целиком было нереально. Вспомнив о своей подлинной цели прихода, я отложила книги через десять минут и пошла искать Иэна. Прежнее напряжение вернулось, и меня бросило в пот.
– Слушай, а уборная здесь есть?
Хоть бы ее тут не было! Я видела туалет в коридоре, когда мы спускались на этот этаж. Отчасти мой план зависел от того, удастся ли мне выбраться из архива.
– В конце коридора, возле лестницы, – сказал Иэн. Какая-то рабочая задача требовала его внимания, и если мне повезет, он не взглянет на часы.
– Постучи, когда вернешься. Я скажу писцам, чтобы впустили тебя.
Весь день меня терзало беспокойство, хоть я и старалась не обращать на него внимания. Но медлить больше было нельзя. Настало время совершить немыслимое."
"Хитрость не играла никакой роли в системе безопасности алхимиков. В каждом конце коридора висели камеры наблюдения. Они были обращены друг к другу, и каждая просматривала коридор. Уборные располагались в концах коридора, почти под камерами.
Я зашла в дамскую уборную и убедилась в отсутствии других посетительниц – и камер. По крайней мере, алхимики дозволяли некоторую приватность.
Пустить в ход заклинание невидимости было нетрудно. Выбраться после этого – уже несколько труднее. Судя по расположению камер, вряд ли они давали хороший обзор дверей туалета. Двери открывались внутрь, так что мне удалось выскользнуть, не тревожась, не засняла ли какая-нибудь из камер, как дверь открывается сама собою.
Вот дверь на лестницу была настоящей проблемой.
Она находилась в зоне видимости одной из камер. Мисс Тервиллингер сказала, что заклинание невидимости защитит меня от видеосъемки. Так что я не боялась, что меня засекут. Просто придется рискнуть и пойти на то, что камера зафиксирует самопроизвольно открывающуюся дверь.
Хотя я знала, что охранники следят за экранами, камер было слишком много, чтобы можно было следить неотрывно за каждой. Если эта не привлечет их внимания промелькнувшим резким движением, вряд ли кто-то что-то заметит.
А если тут все так и останется тихо, никому не придет в голову пересматривать запись. Но этаж, где расположен операционный отдел… ну, если все пойдет по плану, сонное воскресенье станет куда более волнующим.
Я проскользнула на лестницу, потом выбралась с нее, приоткрыв дверь на минимальную ширину. На этом этаже мер предосторожности было даже больше, чем в архиве: тяжелые, словно на заводе, двери, требующие и карточки, и цифрового кода.
