– У меня есть теория: я предполагаю, что подобные действия, идущие наперекор всему, чему человека учили, немного ослабляют принуждение. Обычно сюда входит внедрение и помощь нашему делу. Кроме того, это хорошая проверка. Дезактивация татуировки не означает, что вы готовы уйти. Она не сотрет годы ментального программирования. Я ищу людей, которые считают, что готовы взбунтоваться. Но иногда, оказавшись перед необходимостью начать действовать, они ломаются. Лучше узнать об этом пораньше, до того, как заняться татуировкой.
Я повернулась к Амелии с Уэйдом.
– И вы оба через это прошли? Вы выполнили какое-то задание, и ваши татуировки были обезврежены?
Они дружно кивнули."
"– Нам теперь нужно только запечатать их сверху индиго. – Заметив мое недоумение, Уэйд пояснил: – Даже после того, как связь стихий в татуировке была разрушена, ее можно восстановить. Можно силой ввести свежие чернила и подчинить тебя. А если сделать сверху татуировку индиговыми чернилами, тебя никогда больше не сумеют взять под контроль.
– А я думала, что это просто вопрос личного вкуса, – сказала я Маркусу.
Он рассеянно провел пальцем по узору из полумесяцев.
– Да, насчет узора это так и есть. Но чернила обязательны. Это особая смесь, и мне приходится ездить к одному парню в Мексику, чтобы получить их. Через пару недель я повезу туда Амелию и Уэйда, чтобы запечатать их татуировки. Ты можешь поехать с нами.
Я не стала благодарить его за эту дикую идею.
– Похоже, синие чернила сразу предупредят остальных алхимиков, что дело неладно.
– О, мы ушли от алхимиков, – сказала Амелия. – Мы больше не принадлежим к ним.
И снова вмешался Эдди.
– Но вы только что говорили о внедрении. Почему не продолжать выполнять другие задачи в тылу врага, когда связь стихий уже разрушена? Особенно если это вас освобождает? Ваши татуировки выглядят точно так же, как татуировка Сидни. Если вы действительно считаете, что происходит что-то подозрительное, почему бы не поработать? А запечатать татуировки индиговыми чернилами можно и потом, нет?
– Слишком рискованно, – сказал Маркус.
– Можно допустить оплошность и сказать что-нибудь такое, что татуировка не позволила бы говорить. Или, если быть недостаточно осторожным, могут застукать при встрече с товарищами. А тогда добро пожаловать на переобучение – где они запросто восстановят татуировку.
– Похоже, этим можно рискнуть ради информации, – сказала я. – Если быть предельно осторожным.
Маркус покачал головой. Его легкомыслие исчезло.
