- Демид, разве тебе не тошно оттого, что этот дом теперь пуст? М? Здесь жили твои бабушка с дедушкой, - объясняет она Кириллу. – Они уже умерли, причём давно.
- Мне тошно оттого, что ты вмешала в наш с тобой конфликт моего ребёнка.
- Ребёнка, о существовании которого ты много лет даже не подозревал? Как ты успел так к нему привязаться? Я была рядом с тобой годами, верная как собака, и чем ты мне отплатил?
- Закрой свой рот.
- Нет, не закрою. Кирилл в курсе, что вместо его мамы ты женился на мне? – её истеричный тон становится всё громче.
- Теперь в курсе. У него терпеливая мама. Терпила, - растягивает она, чем окончательно выводит меня из себя. Сокращаю расстояние и подхожу к ней. – Простая деревенская терпила.
Стоит ей договорить, как Кирилл ныряет под стол и тем самым выскальзывает из-под руки, что всё это время держала его за плечо.
Он быстро проползает под столом, и я сразу же беру его на руки.
Цел, невредим. Меня обнимает.
Глажу его по худой мальчишеской спине. Никогда не испытывал такого страха.
Животного, на уровне инстинктов. Не за себя – нет. За него.
А ещё ярости. Рогова переплюнула своего идиота – папулю. Если бы не Кирилл, не знаю, что бы я с ней сделал.
Вдалеке раздаются сирены, наряд полиции будет здесь с минуты на минуту.
Нужно отвезти сына домой, к Нэлли. Позвонить ей, сказать, что всё хорошо…
Я делаю шаг в сторону выхода, как слышу характерный звук, когда возводят курок.
Блядь. Я должен был догадаться, что не всё так просто.
Держу Кирилла за голову так, чтобы он смотрел в противоположную сторону и ни в коем случае не увидел оружия.
Алиса смеётся и двумя руками держит перед собой пистолет, направленный на меня.
- Всё началось в этом доме, Демид, - она смотрит на меня безумными глазами, из которых текут слёзы, - в нём и закончится.
Глава 25
- Алиса, - говорю спокойно, потому что вижу, она на грани. – Это будет ошибкой. Полиция уже здесь. Опусти.
Намеренно не произношу названия оружия, чтобы Кирилл не знал, что именно происходит.
- Пистолет? – ядовито уточняет Рогова и надавливается пальцем на спусковой крючок. - Заряженный? Тот, что в моих руках? Ты про это, Демид?
Сын молчит, только крепче ко мне прижался и обвил тонкими руками шею. Он всё понимает, и за это я никогда себя не прощу.
Рогову придушу голыми руками. Уже вижу эту картинку у себя в голове. Эта мысль -единственное, что помогает мне сдерживаться.
- Всё хорошо, слышишь? – говорю тихо и целую Кирилла в макушку.
