Я вспоминаю Всеслава, который пытался пригласить меня на свидание, скандал, который устроила Инесса, взгляд Германа. Их скорый отъезд и то, что я останусь одна.
Понятно, что это всего на три недели, но все-таки мне как-то не по себе от этого.
Целый день мы проводим с Эми. Сначала едем в торговый центр и ходим по магазинам, докупая то, чего не хватает девочке, потом дальше — к моим родителям на ужин.
— Эмилия, нужно есть нормально! Вот поедешь во Францию, а французы знаешь, какие педанты? Засмеют тебя за то, что не умеешь использовать нож во время еды, — возмущается моя мама.
Эми все умеет, просто иногда она забивает на это. Или тупо бунтует.
— Бабулечка, я все-все умею! Даже отличить вилку для лобстеров от вилки для улиток! Как раз пригодится мне во Франции!
— Не люблю улиток, — мама кривится, а мы с Эми смеемся.
— Лучше расскажи, кто еще с вами поедет и какая программа? — интересуется моя мама.
— Программа максимум! А поеду с папой и Инессой, — Эми кривится.
— Дочь!
— Мам! — в тон мне отвечает она.
— Поверь, ее тошнит от меня ничуть не меньше, чем меня от нее. Это взаимно!
— Эмилия, ты становишься маленькой хамкой, — делает ей замечание моя мама.
Дочка неожиданно серьезнеет, перестает дурачиться.
— Если бы она нормально со мной общалась, я бы слова плохого о ней не сказала. Со мной даже дружить не надо, нужно просто обращаться по-человечески. А если она в открытую показывает мне, что я ей как кость в горле, то пусть готовится к тому, что я буду делать так же в ответ.
Отрезаю мясо и кладу кусок в рот, медленно пережевываю, размышляя, как бы потактичнее поднять эту тему с Германом. В принципе, мы уже неоднократно обсуждали напряженные отношения между Эми и Инессой, но все как-то не можем прийти к нейтралитету.
— Вообще, я хочу, чтобы мама с папой снова сошлись.
Кусок встает поперек горла, и я начинаю неистово кашлять. Папа давится водой и плюется ею.
— Да что происходит? — вопит мама.
Эми хлопает меня по спине, а папа вытирает мокрые усы.
— Я вот тоже не прочь узнать, что тут происходит! — говорю возмущенно и смотрю в глаза дочери.
— А что?! — она ведет плечом. — Я люблю и маму, и папу. Это нормально, когда ребенок хочет, чтобы родители были вместе.
Мама вздыхает и делает большой глоток из бокала, смотрит на меня устало:
— Не ты одна, Эми, этого хочешь.
— Мам! — вскрикиваю неожиданно громко. — Ну ты-то куда?! Зачем потакаешь Эмилии? У нас с Германом нормальные дружеские отношения, всех все устраивает.
