– Когда я узнала, что беременна, — выдыхает. – Он уже сидел.
Перевожу взгляд на мужчину. Он перебирает пальцы и смотрит в пол.
- Я переехала, а когда он заявился, тебе было уже пять – хмыкает. – Ну я и отправила его в пешее путешествие. Сказала, что нам такие не нужны.
Устинов закашлялся, чем привлёк моё внимание.
- Я тихонько наблюдал, как ты росла, — хрипло. – Но не решался рушить твой мир, — снова откашливается.
- Что же сейчас вас подтолкнуло? – с язвительностью.
- Болен я, — поднимает взгляд. – Немного мне осталось.
Вот решил напоследок хоть с дочерью поговорить.
- А чего убегали? Зачем как маньяк за мной ходили? – недоумеваю.
- Испугался, что даже слушать не будешь.
- А я бы и не стала, — киваю.
Мужчина опускает голову. Вижу, что и в его глазах раскаяние. А ещё в маминых глазах просьба.
Она хочет, чтобы я выслушала.
Мама никогда не лезла в мои дела, всегда была рядом и поддерживала. Никогда не давила и понимала, кладу руку поверх её, понимаю, что должна выслушать.
Не ради этого…нет…ради неё.
- Я выслушаю вас, — отвечаю её, пусть и с обидой и нежеланием.
Но всё же сижу и слушаю. А глаза мужчины горят надеждой, как и мамины.
Как интересно получается. Что именно в такой в обстановке, вся наша странная семья оказалась в полном сборе.
Эпилог.
Кристина.
Неделю назад Юра вынес меня из ЗАГСа на руках. Теперь я снова Волкова. Наша история началась с чистого листа, ровно в том месте, где мы поставили точку.
Юра души не чает в Русике и мечтает о лапочке дочке, только я пока не готова.
Хочу посвятить всё наше внимание сынишке и работе.
Муж продолжает работать доктором, но теперь работа не стоит на первом месте. Но я рада, что он может заниматься любимым делом, без ущерба для семьи. Это позволяет сохранять гармонию.
Мы с Русланом окончательно переехали к Юре. Мамин дом в деревне продали, а ей купили небольшую, но очень уютную квартирку недалеко от нас. Юра снова помог с этим.
Признаться, принимать помощь мужа сложно. Я привыкла всё делать сама. Но это приятно. Его заботе обо мне, Русе, маме.
Даже не верится, что я так долго жила без этого.
Мама, конечно же, сопротивлялась и никак не хотела возвращаться. И это был первый раз, когда мне пришлось настоять. Пришлось доводить все доводы за и главным стал Русик. Мама бы тосковала без меня и него. Поэтому мамочка всё же приняла правильное решение.
Леонид Павлович, проходит лечение и идёт на поправку. Общаемся с ним мы не тесно, да и видимся редко, но теперь каждый из нас знает правду.
