Бруно полдня работал на раскопках в одиночестве. Не дай бог на пустырь пожалует кто-нибудь из местной администрации или из университета. Ктому же Станислав, подустав сидеть в стенах кабинета, мог в любую минуту заявиться на площадку.
– А как же яма? – развел руками Мартин.
Вальтер взял стальной щуп и, поднатужившись, вогнал его в расчищенный грунт. На глубине около шестидесяти сантиметров он уткнулся во что-то твердое.
– Прикроем яму фанерой и закидаем землей с хламом. Все равно тут до завтра никто не появится.
Аесли и наткнется какой-нибудь бродяга, то ничего, кроме земли, не найдет…
* * *Ближе к концу рабочего дня Станислав и в самом деле пришел на пустырь. Только явился он не со стороны автомобильной стоянки, а от Дома советов, чем немало насторожил Вальтера и его товарищей.
– Подвезли на машине, – пояснил русский ученый, покосившись на недавно принесенный из подвала инструмент. – Пришлось лезть через забор со стороны Московского проспекта. Неудобно, но быстро.
Его обращенный к инструменту взгляд не укрылся от наблюдательного Вальтера. Мысленно выругавшись, он изобразил на лице виноватую мину и развел руками:
– Но вы опоздали, дружище, – мы заканчиваем.
Часть основных инструментов и в самом деле была перемещена в вагончик. На коленях Бруно лежал лишь один небольшой чемоданчик с набором мягких тряпиц, в которые он осторожно заворачивал сегодняшние находки.
– Хотим рассмотреть внимательнее в номере отеля, – пояснил он.
– Если желаете– присоединяйтесь.
– Действительно, Станислав, поехали с нами! Заодно поужинаем, – подхватил идею Вальтер.
– С удовольствием, – согласился тот. – Ясегодня славно потрудился над докладом. Имею права немного отдохнуть и расслабиться.
– Вот и отлично. Поехали! Сполоснемся в душе и закажем в ресторане пару самых аппетитных блюд из русской кухни.
– Под сто пятьдесят водочки, – дополнил Станислав. Ив ответ на вопросительные взгляды немцев пояснил – Абез водки русской кухни не понять.
Забросив в вагончик последние инструменты, Мартин запер дверь, и друзья двинулись к дырявому забору…
* * *Голова после водки побаливала. Всю ночь Вальтер ворочался в постели, то ненадолго проваливаясь в неспокойный сон, то тараща глаза в темный потолок. Вголову лезли разные мысли и фантазии."
"Он представлял, как поднимется тяжелая крышка люка и из темного нутра потянет кисловатым запахом плесени.
