— Хотелось выбраться к тебе и поцеловать, — усмехнулась она и тут же это проделала.
Целовалась эта пара со вкусом и удовольствием. Сколько-сколько они вместе? Лет двадцать пять, да? И до сих пор целуются?
— Ты Аль видела, да? — Саваж страдальчески сморщился. — И чего ей стукнуло волосы остричь?
— Так удобнее, — пожала плечами госпожа Лика. — Я её понимаю. Она говорит — Фалько нравится.
— Если ему вздумает не понравиться, ему же придётся голову оторвать, — усмехнулся он.
— Он говорит, что она ему всякая хороша.
А у тебя ещё есть шанс воспитать из Эмочки девочку-девочку.
— Девочку да, но сдачи дать нужно уметь и девочке. Сейчас есть я, и братья, и Жиль, а нас не будет? Вот я так понял, что у невесты Жиля прежняя жизнь была не очень-то весёлая, у этой трепетной девочки. Что-то Жанно говорил, но ты ж знаешь, из него слова лишнего не вытянешь.
— С Жилем — отогреется, — уверенно сказала госпожа Лика. — И вообще, дети у нас чудесные, все, и большие, и маленькие, но сейчас в кои веки мы вдвоём.
И море, и луна, и больше никого нет. И я сейчас тебя снова поцелую, мой хороший дикий кот.
И поцеловала, да так, что Катерине, боявшейся двинуться и вздохнуть, стало жарко.
— Пойдём-ка внутрь, роза моего сердца. Я готов любить тебя где угодно, но в мягкой постели — лучше, чем на голом камне, — Саваж поднялся, подхватил супругу и шагнул вместе в ней в распахнутое окно.
Катерина отмерла. Вернулась к Жилю. И поцеловала его.
— М-м-м, рыжехвостая, — он проснулся, обхватил её и принялся целовать в ответ.
82. Радость госпожи Элизабетты
Фаро оказался прекраснейшим местом на земле — как и говорил Жиль. Катерина, увидев каналы и дворцы, чуть не воскликнула в восторге — «Венеция!», но вовремя себя одёрнула. Какая тут вам Венеция, она дома осталась. Не дома, но — где-то там. Катерина в Венеции не бывала, вообще за границей не бывала, считала — баловство это всё. А теперь думала — наверное, зря. Последние лет пять перед инсультом точно можно было поездить, а не трястись над своим давлением и прочим здоровьем.
Уж точно, в путешествии не тяжелее, чем на даче на грядках!
Значит, будем наверстывать здесь, думала она.
У Саважей, оказывается, в городе был дом — в самом центре, с ума сойти, трёхэтажный дворец. Жиль рассказывал, что раньше в первом этаже помещалось посольство — когда герцог Саваж был назначен послом франкийской короны в Фаро.
