Марго, а это моя невеста Катрин.
Девочка внимательно смотрела серыми глазищами и молчала.
— Здравствуй, — улыбнулась ей Катерина.
Но девочка сверкнула глазами и снова спряталась.
Тогда Жиль извлёк из кучи подушек ещё одну — по виду, поменьше и помладше. Пронзительно зеленоглазую. Тут же обхватившую его за руку.
— А это Эме де Саваж, маленькая сестрёнка Жанно.
— И ещё я, — высунулась третья девочка, та самая, с копной чёрных кудряшек, и тоже невероятно зеленоглазая.
— А это Теодора де Саваж, да-да, та самая Теодора, — подмигнул Жиль.
Точно, глаза-то отцовские. Или, если судить по самой маленькой девочке — чьи-то ещё.
Теодора тем временем подкралась к Катерине и решительно потрогала конец косы, вышивку на платье, манжету сорочки.
— Она самая настоящая уверяю тебя, — серьёзно сказал Жиль.
— У неё есть рыжие уши и хвост, — сообщила из-за спины Жиля Марго.
— Точно, она у нас рыжехвостая, — кивнул Жиль.
— Правда? А где? А я тоже хочу! — бойкая Теодора обошла Катерину со всех сторон, и уже, наверное, принялась бы искать тот хвост, но дверь снова открылась.
И на пороге появилась самая, наверное, удивительная женщина из всех, кого Катерина встречала в этом мире.
Невысокая, даже можно сказать — миниатюрная, но от неё исходило ощущение небывалой силы. Мощный маг — поняла Катерина. В рубахе до колен и босиком — видимо, тоже только встала. Коротко стриженые тёмные волосы — да, стриженые волосы, даже до плеч не достают! У женщины, здесь! И глаза, ещё глаза. Сразу стало понятно, в кого они все такие зеленоглазые — и Жанно Саваж, и две маленькие девочки.
Девочки, кстати, тут же переключились и с радостными воплями повисли на пришелице.
— Тейка, уронишь меня. Эмочка, я тебя тоже люблю и соскучилась. Марго, иди обниматься, чего сидишь? Здравствуйте, молодые люди, я очень рада вас видеть. Обоих. Обниму второй очередью.
81. Поцелуй госпожи Анжелики
— Здравствуйте, госпожа Лика, — подскочил со счастливой улыбкой Жиль.
Катерина медленно поднялась, с изумлением глядя на эту неодетую хохочущую с детьми женщину.
— Вот вы где, — в дверях появился мужчина, который не мог быть никем иным, только отцом Жанно Саважа — та же фигура, то же сложение, только волосы светлые — вперемешку с седыми. — Ты б оделась, что ли, госпожа моя и супруга, — усмехнулся он, глядя на стриженую даму-мага, обвешанную детьми — Марго тоже прибежала обниматься.
Сам-то он был вполне прилично одет.
— Я соскучилась, — сообщила госпожа Лика.
