— Узнавала, почему так получилось?
— Ты обещал мне детей, — говорит она, а у меня в груди все замирает."
"Правда ведь обещал. Уверенно так сказал, что бред ее диагноз и дети у нее обязательно будут. Я тогда действительно так думал. Ну не может у здоровой женщины быть какая-то хрень с женским здоровьем. Просто мужик не тот.
А я тот?
Почему-то думаю, что тоже нихрена не вписываюсь. Столько боли ей причинил своим присутствием. Думал, что защищаю ее от бывшего, а сейчас смотрю в испуганные глаза и понимаю, что тот ещё мудак.
Вот Майк у нее другое дело. Спокойный, уравновешенный, интересный, улыбался, когда меня увидел. Я бы в морду дал сразу, если б узнал, что моя девушка только что из квартиры с мужиком вышла, а он — познакомился.
Ей вот такой мужчина нужен. Чтобы без качелей эмоциональных. Просто любовь и поддержка. Я так смогу?
Вряд ли.
Сам понимаю, что не получится. Она сказала, что у меня сын, а я хочу наорать на нее за вранье. За то, что скрывала от меня сына.
Три месяца. Ему три месяца. И девять длилась беременность.
У нее не нашлось времени мне сказать?
Я встаю с кресла. Не могу сидеть и молчать. Нужно чем-то занять себя, чтобы не наговорить лишнего и не натворить глупостей. Чем-то оказывается она. Я подхожу ближе, останавливаюсь в полуметре. Она тихо шепчет извинения, и я ее обнимаю. Тяну за руку к себе, утыкаюсь подбородком в ее макушку и чувствую, как дрожит ее тело в моих руках. Она плачет, а я пытаюсь подумать, как быть дальше.
Понятно же, что мы не сможем существовать на две страны.
Сюда лететь больше двенадцати часов. А я хочу растить сына, видеть его, общаться с ним. А еще я знаю, что у нее тут жизнь. За год она привыкла к этому городу, людям, устроилась на работу, завела парня, с которым у нее все серьезно. Не знаю, правда ли, но говорила она убедительно. Целовалась, конечно, тоже убедительно.
У нее должен быть выбор, но как заставить себя его дать?
Глава 15
Лера
— Что теперь будет? — спрашиваю, боясь нарушить то теплое, что между нами происходит.
Богдан меня обнимает. Тепло его тела действует на меня успокаивающе. Я перестаю плакать, но из объятий высвобождаться не спешу. Мне так хорошо стоять вплотную к нему. Льнуть всем телом, касаться его мышц на спине, которые проступают даже через рубашку.
Я ждала скандала и обвинений в том, что соврала, а вместо этого последовали сильные объятия и немая поддержка. Богдан будто понимает причину моего молчания и слез. Не могу отделаться от ощущения, что он раскаивается.
