– А из-за кого?
– Я разберусь.
– Ну, ну.
– Извини, если сможешь.
– А если не смогу?
– Тогда война, – пристально посмотрел на Красницкого Мартын.
Он хоть и виноват, но сдаваться не в его правилах. Извиниться он может, но не сдаться. Прав он или нет, но топор войны уже поднят, и, если что, драться он будет до конца.
Красницкий не выдержал его взгляда, слегка отвел глаза в сторону.
– Зачем нам воевать? Я не вижу в этом смысла.
– Я тоже.
– Тогда считай, что твои извинения приняты. Все, ты свободен, – Красницкий показал ему на выход.
Мартына выставляли за дверь – не грубо, но и не вежливо. Однако метать икру из-за этого не стоило. Лучше уйти сразу, чем в бессильной злобе сотрясать воздух. Тем более он знал, на ком сорвать зло. Это все Костя, это он спровоцировал конфликт, поставил Мартына в дурацкое положение. И ему придется за это ответить…
Глава 8
Арбалет возмущенно таращил глаза:
– Ты чо, в натуре, какая подстава? О чем ты говоришь?
– Не было никакой драки в «Балладе». Ложный вызов.
Меня спецом из хаты выманили. Я вернулся, а Катенка нет, – жег его взглядом Базальт.
– Я здесь при чем? Мне Черкан позвонил, сказал тебя взять. Ну, я взял тебя, мы поехали. Какие ко мне претензии?
– Конкретно меня взять сказал?
– Да, бери, говорит, Базальта и вперед…
– За Мастерком ближе было заехать, – вслух подумал Костя.
– При чем здесь Мастерок? Мы с тобой в паре работаем. Черкан мог бы и не говорить, что за тобой надо заехать, я бы и так…
– Но ведь он сказал.
– Сказал.
– Значит, здесь что-то не так.
– Забей."
"– На что забить? – возмутился Костя. – На то, что меня как лоха позорного кинули?.. Я Катенку объяснял, что, пока она со мной, хрен ее кто тронет. Потому что братва за мной. И что? Своя же братва меня и кинула…
– Кто тебя кидал? Может, кто-то что-то напутал…
– Да, случайно напутал. И Катю случайно забрали в тот момент, когда меня не было. В такие случайности даже в детском саду не верят… Ладно, поехали к Черкану!
– Зачем?
– Поговорить надо!
– А нарваться не боишься?
– Я боюсь с предателями работать.
Вот чего я боюсь! Если братва меня предала, как я могу дальше работать, а?
– Но я же тебя не предавал.
Костя промолчал. Может, и не предавал его Арбалет, может, пацана использовали втемную. Но ведь предательство было, и смириться с ним значило себя не уважать. А если бы Костя себя не уважал, он бы не смог стать сильным человеком. А он сильный. И того, кто сомневается в том, ждет большое разочарование.
